Он никогда не забудет отвратительные рожи имперских аристократов, слюнявыми ртами кричавших с трибун: «Добей! Добей!». Потные, раскрасневшиеся, растрепанные, жестокие и глупые. Всё, что они могли и любили – это сорить деньгами, жрать, пьянствовать и трахаться. Впрочем, трахаться тоже не умели. Иначе их жёны не приходили бы к Атомбе, предлагая солидные суммы за ночь с чернокожим чемпионом.

Вначале, почти пятнадцать лет назад, Атомба надеялся накопить денег и выкупить себе свободу. Но хозяин, жирный ланиста Угель, видя успехи молодого бойца, постоянно поднимал цену. Потом Атомба решил воспользоваться старинным правом – тот, кто станет Царем Арены и сумеет продержаться в этом статусе целый год, получает свободу. Несколько лет упорных тренировок, предельная осторожность в схватках и, несмотря на это, десяток ранений (к счастью, не сделавших бойца инвалидом) – Атомба прошёл этот путь и стал чемпионом. И не уступил никому. Однако, когда до долгожданной свободы оставались считанные дни, воин понял, что его не отпустят. Толпа жаждала красивого драматического финала. Эффектной смерти слегка уже поднадоевшего чемпиона в неравном бою. Ведь настоящий герой не уходит, стираясь из памяти. Завершение истории должно быть настолько ярким, чтоб его обсуждали и запомнили надолго. Кровожадная имперская публика не любит мирных концовок, приходя в восторг только от вида жестокого побоища.

Потому Атомба не раздумывал ни секунды, когда получил предложение странного жреца, непонятным образом проникшего в гладиаторские покои. Альбинос с белоснежной кожей и красными глазами – полная противоположность чернокожему гиганту Атомбе – предложил устроить побег немедленно, в ту же ночь. Без вырезания охраны, без спиливания замков и погонь по ночным улицам города. Лишь тёмная магия, которая отведёт глаза и залепит уши.

Всё получилось, как обещал незнакомец, легко и просто."

"Жреца, как потом оказалось, звали Таруй. Он был потомком вымершего народа, чью страну много веков назад уничтожил страшный катаклизм. Все, что от них теперь осталось – горстка бродячих дервишей, поклоняющихся древнему божеству Нгарху – великому чреву Тьмы, пожирающему и изрыгающему, создающему мосты между мирами живых и мёртвых.

Почти пять лет Атомба и Таруй были неразлучны, вместе путешествуя по бескрайним просторам среднего и дальнего Юга. При этом они так и не стали друзьями – альбинос всегда держал некоторую дистанцию, не откровенничал и во многом оставался загадкой. Он верил в скорое пришествие детищ Нгарха и везде искал их следы. И, конечно же, в каждом поселении рассказывал местным о том, что великие события уже стучатся в их двери – грядет конец старого мира и начало нового.

Спустя некоторое время Атомба тоже принял веру Таруя.