Даже зная, что наш противник в Азии постоянно совершенствует своё оружие и уже достиг очень многого, мы всё равно не спешили как можно скорее сломить сопротивление колониальных войск в Африке. Мы планомерно шли вперёд, проводя свою полицейскую операцию ""Гнев миротворцев"", хотя о нашем гневе если и можно было где говорить, то только в Турции, которая быстро заселялась новыми жителями и отстраивалась заново. Туда мог приехать и поселиться там кто угодно и многие европейцы именно так и делали. Между тем, пока в Африке вот уже почти два года шла война, Европа жила мирной жизнью. Какое-то число людей, всего примерно полмиллиона, вернулись из Африки в Англию, Францию, Бельгию и Германию, так как оставили о себе там, где они жили, не слишком приятное впечатление.

От Аллеи Войны уже ничего не осталось и из Испании вернулись домой беженцы. Почти две трети героев Аллеи Войны, сражавшихся против немцев, были переправлены в Пакистан, Индию, Бирму и Французский Индокитай, где чувствовали себя белыми воронами. Для них война была рыцарским поединком с противником, честным и благородным, а там им доказывали обратное, мол противника нужно уничтожать любой ценой. Что же, те, кто так говорил, лили воду на нашу мельницу, ведь вскоре они снова услышат в воздухе и на земле знакомые позывные своих противников, которые никогда не добивали раненых и если вели огонь, то целились в те места танков и самолётов, от попадания в которые экипаж не погибнет. В худшем случае лётчики или танкисты отделаются ранениями. Аллея Войны породила множество боевых традиций и в том числе обмен не только военнопленными, но и подарками, а также поздравлениями с днём рождения о чём мы не забывали ни на минуту.

Наши высотные самолёты-разведчики постоянно кружили над азиатским колониальным анклавом и как только в небо поднимался кто-либо из героев Аллеи Войны, с ним тотчас выходил на связь либо тот парень, который однажды был сбит им или же, наоборот, подбил его самолёт и потом вызвал по радио санитарный ""Пеликан"", указав место, где приземлился пилот. Начальство на земле было в бешенстве, но ничего не могло с этим поделать. Если за такие разговоры ставить к стенке, то завтра в воздух не поднимется ни один самолёт, за штурвалом которого будет сидеть пилот, имеющий огромный боевой опыт. Так что мы понемногу готовились к войне в Азии. Через три года после начала операции, одна тысяча девятьсот двадцать втором году с колониальным режимом в Африке было покончено, но при этом почти все белые остались на континенте, правда, в новом качестве вольных и полностью равноправных со всеми остальными жителями поселенцев. Что же, это тоже была победа.