Он и вспомнил про свою суженую…

Дочерей в Засадном Полку обручали совсем еще крохотными, и потом, до самого праздника Манорамы, обычно деды и бабушки исподволь внушали, что их суженый – самый сильный и мужественный аракс, самый нежный и благородный и что скоро придет тот желанный час, когда обручник на горячем жеребце настигнет невесту на страстной кобылице и сорвет синий плащ…

Это была целая наука, способная привить любовь к мужчине, которого чаще всего девочки даже не видели или не помнили. В момент Манорамы свершалось чудо: возгоралась истинная любовь, согревающая семью всю долгую жизнь…

– Кажется, я знаю его, – задумчиво проговорил Ражный.

– Кто не знает Сыча?.. Кстати, я следы его видела возле твоей кельи… Даже знака не подал, что вернулся из странствий. Теперь воспылал…

– Его зовут Сыч?

– Ночная хищная птица… Когда-то его имя мне даже нравилось.

– Это я помог вернуться ему в Россию, – признался Ражный.

– Как?..

– Пропустил через границу на Памире…

– В таком случае ты обязан научить меня!

Ражный представил себе схватку двухметрового обезьяноподобного «снежного человека», совершенный аппарат для борьбы, с сирой девой, точеная, женственная фигурка которой была создана для любви и рождения детей: исход такого поединка был, скорее всего, не в ее пользу, даже если научить волчьей хватке.

И даже если она и впрямь уложит его на лопатки…"

"Пересвет в редчайших случаях допускал Пиры Мщения и всегда только с позволения Ослаба – слишком серьезной должна была быть причина для подобной схватки и полное отсутствие иного, мирного, выхода. Такие пиры не считались Судными, поэтому побежденный оставался живым, но чаще всего настолько изуродованным, что доживал остатки своих дней в чьей-нибудь вотчине.

Месть была слишком сильным чувством, чтобы беречь себя. Победителю доставалось не меньше, поскольку суть Мщения заставляла соперников не соблюдать обычных для схваток правил…

– Ты почему молчишь? – поторопила Дарья. – О чем ты сейчас подумал?

Ражный не стал выдавать своих мыслей и пугать ее последствиями: вместе с энергией женственности в ней накопилось слишком много обиды и слепящего гнева…

Он сказал о своих чувствах:

– Пир Радости свершился. Я настиг тебя и сейчас сорву твой синий плащ.

Дарья вновь затаила дыхание и прикрыла веки, словно собиралась нырнуть в глубокую воду, но в следующий миг вздрогнула:

– Вижу!.. Кажется, он пришел на заимку!

– Вот! – снова засмеялся он и покачал ее на руках. – Ты уже и вошла в раж. Только это не моя заслуга!.. Люди живут и не знают, что сила любви – самая лучшая наука…

– Он здесь! – встрепенулась Дарья.

– Ну и что? Он давно уже бродит вокруг…

– Давно? И ты молчал?..

– Это хорошо, что сам пришел.