Он прикинул количество прочитанного – меньше половины…

Что же еще можно нарыть в архивах, спецхранах и периодике, если уже от этого голова пухнет?

И ничуть не становится веселее…

Варан соединился лишь через восемь минут – связист тотчас покинул комнату.

– Вчера вечером появился хозяин базы, – спокойно доложил командир группы, – пришел открыто и не один – с женщиной.

– С какой женщиной? – растирая ледяной лоб, спросил Савватеев.

– Неустановленной… Задержать?"

"– Ни в коем случае! – сказал Савватеев наугад. – Отслеживайте все передвижения и контакты. Поставьте аппаратуру и пишите.

– Это не так просто, – вдруг пожаловался диверсант с двадцатилетним опытом. – Приблизиться для визуального наблюдения и установки спецсредств невозможно.

– А ты постарайся, Варан! – крикнул Савватеев и тем самым словно вырубил спутник связи.

Аппарат замолчал, индикаторы погасили…

Однако через несколько секунд зазвонил служебный телефон, и с первых же слов шефа стало понятно, что все здесь прослушивается.

– Почему вы распорядились не задерживать хозяина базы? – без всяких прелюдий спросил он. – Это что за самодеятельность? Отменяю ваш приказ. Немедленно вылетайте на место и лично доставьте мне Ражного! Вертолет будет через сорок минут.

– Вас понял, – отозвался Савватеев, уже листая телефонный справочник в сотовом.

Номер Крышкина был закодирован двумя первыми буквами, однако в последний миг он вспомнил о всевидящих глазах и ушах.

Говорить о таких интимных вещах, как генетическая кодировка и идентификация, можно было лишь как с женщиной о любви. Тем паче было время – сорок минут, а до посадочной площадки на берегу пруда, отличимой из окна по полосатому, наполненному ветром колпаку, всего пять ходу…

Савватеев вышел из дома, сощурился на солнце, одновременно выбирая укромное место, после чего проследовал по плиточным дорожкам к плотному ряду разросшейся туи и нажал кнопку вызова.

– Олег Иванович? – угадал почему-то Крышкин, хотя они никогда не говорили по телефону. – Здравия желаю!.. Заключение давно готово. Вам занести или переслать?

– Перешли, – вялым от деланого безразличия голосом обронил он. – Ну что там?

– Результат положительный…

Савватеев вмиг забыл имя Крышкина, хотя всегда помнил и повторял про себя.

– Это как? – спросил он. – Я в этом плохо разбираюсь…

– Генетическая идентичность представленного материала на девяносто девять и девять десятых.

– Все-таки одна десятая под сомнением?

И тут этот ангел небесный сказал назидательную фразу, насквозь пробившую сознание:

– Олег Иванович, одна десятая принадлежит Богу. А его код мы не расшифровываем.

Савватеев огляделся и без всякого труда перескочил двухметровый забор…"