Изящное, на ручке, со стеклышками. А в прошлом году Анька две страницы исписала под мою диктовку, так я хотела арбалет. Знаешь, какой красивый? Дед Макар из Околицы мастерит, он настоящий искусник! Ложе резное, ореховое, все в завитках, тетива конопляная, не арбалет, а песня! Я его взяла, а он поет!

Я во все глаза смотрел на раскрасневшуюся девчонку. И я хотел впечатлить ее драным кошаком? Промашка величиной с тайгу.

– Вот я все это в письме и описала. А получила шаль с кружевами. И ответ такой… «Пусть эта шаль согреет твое любящее сердечко и напомнит обо мне, милая Катерина!» – фыркнув, она изобразила французский выговор, и я не сдержал улыбку.

 – Вот тогда я и подумала, что Арсентий вовсе не читает моих писем. Ни одного. И все мои просьбы улетают в никуда. А может, письма и вовсе отправляются в мусор. Он ведь никогда не спрашивает, как я живу, что меня беспокоит. Просто присылает подарки, и все такие глупые! Девчоночьи. Ленты, заколки, конфеты. Цепочки как-то. Зачем мне в лесу эта цепочка? Да и не ношу я ничего, кроме подарка Хизер, – ткнула она в шнурок на шее. В расстёгнутом вороте угадывался медальон, как раз между двумя небольшими округлыми женскими прелестями. Я отвел взгляд. – Шоколад еще присылает. А я не люблю шоколад! И даже писала об этом. Несколько раз! Но нет же…

Выходит, жених есть, но вроде бы и нет. Интересно.

– У меня есть его портрет.

– Покажешь?

Она вскинула синие глазищи.

– Зачем?

– Знаю некоторые семьи в Тобольске, – выкрутился я. – Вдруг видел твоего Арсентия, и смогу о нем что-нибудь рассказать.

Она кивнула, и на миг даже показалось, что сейчас достанет портрет из кармана, вдруг девчонка таскает с собой образ женишка? Ближе к сердцу, так сказать.

К счастью – нет.

– В комоде у себя в комнате спрятала. Потом покажу… А вот мой портрет он так и не попросил… словно и неважно ему, как я выгляжу! Что за жених такой, которому плевать на внешность невесты? Может, я и вовсе уродина?"

"Я задумался. Ситуация выглядела более чем странно. И даже Катерина, несмотря на неопытность, это понимала. Назначенная свадьба, жених, который никогда не приезжал к своей невесте, безликие, но щедрые подарки, обещание жить с ней здесь же, разрешив юной девушке стать лесничим.

Что за ерунда? А в совокупности с остальными делами, творящимся вокруг Катерины, выглядит всё уже совсем мутно.

– А ты сама хочешь за него замуж?

– Да не особо. Чего там хотеть? В браке нет ничего приятного, одни обязанности.

Я на этом хмыкнул. И вроде Катерина озвучила то, что и сам думал, но почему в ее устах меня это… царапнуло?

– Совсем ничего? – как-то сдавленно спросил я.

– Совсем! – отрезала девчонка.