А новый учитель – это всегда такое… – Она щёлкнула пальцами, подбирая слово. – Беспокойство. Для учениц. Так что мы не хотели… но назначение пришло из самого Петербурга, пришлось Лизавете смириться. Правда, мы не ожидали, что вы будете таким…

– Каким?

Она осеклась, вдруг сообразив, что смотрю на нее в упор.

– Мм… мужественным. И молодым. Лизавета просила прислать учителя не моложе пятидесяти лет.

Я кивнул, размышляя. И чем нашей настоятельнице не угодил мой возраст? Впрочем, ответ был. Ученицы могут увлечься, а это тоже лишнее беспокойство. В чем-то Елизавета, конечно, права.

Однако тот, кто послал меня сюда, обладает изрядными связами, раз сумел выдать мне нужное назначение, да еще и в обход пожеланий настоятельницы.

И снова возник вопрос – зачем.

Столько усилий и денег… ради чего?

– … покажу вам озеро, невероятно красивое место…

А? Кажется, задумавшись я упустил приглашение на свидание.

– Боюсь, не сегодня, – положил я на стол льняную салфетку. – Все еще не привык к местному воздуху и хочу немного отдохнуть. Надеюсь, вы меня простите, Елена.

– Конечно.

Мещерская улыбалась, но в глубине медовых глаза мелькнули досада и злость.

Черт, похоже обиделась. Но рассматривать с Еленой местные красоты мне совершенно не хотелось, так что я изобразил раскаяние и покинул гостиную, тут же выкинув учительницу из головы. У меня возникла новая идея, как расположить к себе Катерину, и мне не терпелось ее осуществить. Собственный энтузиазм даже немного настораживал, но я решил об этом не думать. Сделка есть сделка, и свою часть я обязан выполнить.

Но прежде я решил все-таки посетить службу. Во-первых, не стоит еще сильнее настраивать против себя княгиню, а во-вторых, это отличная возможность поискать моего ночного «мертвяка».

"

"Маленькая церквушка с одним куполом примостилась между глухой стеной бастиона и огромной сизой елью. Вероятно, когда-то здесь стояла лишь часовня, в которой читали заупокойные бойцам, а после размещения здесь пансионата уже возвели новые стены. Места внутри оказалось немного. У иконостаса, освещенного огнем свечей, напевно бубнил пожилой священник, перед ним толпились прихожане. Я обогнул спины и встал сбоку, рассматривая лица. В основном скучающие, кстати.

Разве что Орест Еропкин, наш грузный и неповоротливый учитель изящных искусств, добросовестно бил поклоны в первом ряду, да супруги Давыдовы с упоением взирали на святого отца. Модест еще и подпевал, его густой мощный баритон удачно дополнял негромкий тенор отца Серафима, выводящего псалмы.

Ученицы тоже были здесь, стояли тесной кучкой, слушая святого отца. Анна, Мария, Софья… Катерина. На волосах платок, глаза в пол, но даже не видя лица я сразу узнал ее. Лекаря не было, как и Елены.