Одновременно под крышей аттракциона загорелись гирлянды разноцветных лампочек, осветив ярко раскрашенных резных деревянных зверей, игрушечные автомобили… Заиграла веселая музыка, отблески вращающихся зеркал замелькали по темной площадке дикими фантастическими огоньками.

Вахромеев схватился за шею деревянной лошади, чтобы удержаться на ногах, не упасть с вращающейся платформы. Его взгляд был прикован к женской фигуре на другом конце карусели. Снова подняв пистолет, он выстрелил, но ускоряющееся вращение не давало тщательно прицелиться, и пуля снова прошла мимо.

Женщина в капюшоне даже не пошевелилась – неужели она так уверена в своем везении и так спокойна за свою жизнь, что не уворачивается от пуль?"

"С трудом переставляя ноги по движущейся платформе, Вахромеев пошел к ней. Стреляя на ходу раз за разом в эту ужасную женщину, сломавшую его жизнь и даже не боящуюся его. Он подходил к ней все ближе и ближе, с трудом удерживая равновесие на вращающемся полу, уходящем из-под ног. Голова кружилась все сильнее, и сердце с отвратительной тоскливой болью билось где-то в горле.

Он подошел к ней уже совсем близко и наконец, уже почти в упор наводя пистолет, разглядел ее лицо.

Это было лицо старухи, давно и безнадежно мертвой старухи. Лицо было покрыто трупными пятнами. Мертвые глаза, которые никто не удосужился закрыть заботливой рукой, смотрели на Вахромеева белесой тусклой пустотой смерти. Уже начиная понимать, что он попался в расставленную кем-то ловушку, Петр Степанович палил в мертвое лицо – раз и еще раз… Карусель вращалась все быстрее, и бравурная мелодия била его по барабанным перепонкам, сводила с ума…

И вдруг, приглушив и перекрыв яркое мелькание разноцветных лампочек, площадку залило сияние мощных прожекторов, а музыку перекрыл звонкий женский голос:

– Мы ведем репортаж из Приморского парка, куда наша группа выехала в такое необычное время по звонку человека, пожелавшего остаться неизвестным.

Мы еще не знаем, свидетелями чего стали, но мы видим, как на наших глазах пожилой человек, удивительно похожий на начальника Государственного строительного управления Петра Степановича Вахромеева, застрелил из пистолета неизвестную женщину… Петр Степанович, вы хотите сделать какое-нибудь заявление?

Петр Степанович с тяжелым стоном отвернулся от мертвой старухи и посмотрел на площадку перед каруселью.

Карусель вращалась так быстро, что он едва смог разглядеть яркий автобус с надписью «Телевидение», людей с осветительной техникой и камерами и девушку в спортивной куртке.