Именно зарабатывает, что бы там ни говорили эти умники про «кто сколько даст». Да, Маргоша, любимая Маргоша, и суммы в лоб объявляет — тем, кому стоит те суммы в лоб объявлять. Зарабатывает Маргоша. Тяжким неженским, преимущественно ночным трудом. Но чтобы прокладки или чай в пакетиках тырить? Неужели ему не стыдно?! Он Маргариту Андреевну сто лет знает. Да если бы не она, не старшая акушерка обсервационного отделения Шрамко, не было бы этого самого обсервационного отделения в том самом виде, в каком оно нынче есть. Не было бы этих трёх люксов, не было бы семейного родзала… Много чего бы не было! Конечно, всего этого не было бы и без Панина, и без Мальцевой. Но и без Марго — не было бы! Её энергия воплощала идеи и распоряжения. Её знание жизни и умение находить нужных людей в нужное время. И не только людей, но и кожаный диванчик со скидкой, и банку краски нужной марки и требуемого колеру. А он какую-то цидульку из Интернета читает. Средний сын, видите ли, папину фамилию в Сети набрал и номер родильного дома, лгун несчастный!.. Да гори ты в аду, Панин! Будь ты проклят, Семён Ильич!.. Приди в себя, идиотка Мальцева!

— Что ты ржёшь, что ты ржёшь?!! — в заветный угол уже неслась Маргарита Андреевна. — Этот мудак совсем охуел, да?!

— Нет, Марго, нет… Он не мудак. И он не охуел. — Татьяна Георгиевна совсем уже успокоилась и даже развеселилась. — Он просто только недавно узнал, что Сеть — это не только его корпоративная электронная почта, не только глючный сайт нашей больницы и родильного дома — но и многое другое.

— Нет, ну меня! Меня!.. И в чём?! В воровстве пакетиков чая и прокладок! Зла не хватает!

— Да успокойся! Что у него, первый раз такое, что ли? Мало он нас песочит в хвост и в гриву?

— Нет, ну по работе — святое. За дело — это закон. Мы с тобой сами администраторы, помимо всего прочего. Так что за дело — это понятно! Но из-за того, что какая-то мандавошка написала на заборе, что ей прокладки с чаем вовремя не принесли?! А с венами этой чумы засушенной всем отделением носились — и что в благодарность? Антибиотики ей самые лучшие выписывала на её посевы, где чуть не гонококки колосились, — так она недовольна! У неё, вишь, температура нормальная была. Разумеется, была. Блин, зла таки не хватает. Хоть ты меня убей! Он что, теперь будет по ночам в Сети сидеть и отзывы каждой такой манды распечатывать?

— Мандалы! Лы-лы-лы! — рассмеялась Татьяна Георгиевна. — Не будет, Маргарита Андреевна, успокойся! Это новая игрушка, ненадолго. И не всерьёз.

— Ну, Сёма обычно у нас долго играется, — тут же успокоилась старшая. И прищурившись, добавила: — Если игрушка полюбится.

Татьяна Георгиевна только махнула рукой.