Когда я отказалась от капельниц, врач Мальцева практически меня не наблюдала, пришла ко мне в палату один раз с минутной беседой не о моём самочувствии, а с советами, которые могут пригодиться через несколько месяцев — например, о противозачаточных средствах. О решении меня выписать я узнала не от неё, а от какой-то серой мыши, которая требовала, чтобы её называли Светлана Борисовна!

Тут уже и Татьяна Георгиевна не выдержала, хрюкнула. А «серая мышь» Светлана Борисовна Маковенко надулась как… ну, собственно, как мелкий грызун на крупу."

"— Маковенко пришла ко мне вечером накануне выписки с заполненным больничным листом без даты выписки, которая так и не была проставлена, что создало проблемы на работе при сдаче больничного листа. Кроме того, были ошибки с исправлениями в других документах. Ещё один малоприятный момент — при мне врач Мальцева обсуждала выписку, просматривая документы пациенток, и меня резанула её фраза, брошенная в адрес другой женщины: «А вот у этой муж-испанец, поэтому она ещё пусть полежит, выписывать не будем». Я была в шоке, интересно, какими словами она обсуждала за глаза меня? Я выписалась на пятый день, совершенно не пришедшая в себя, с головными болями, издёрганная и с расшатанной нервной системой, про внешний вид я даже не говорю. Вместо фотосессий, шариков и шампанского я фактически схватила дочь под мышку и как можно быстрее покинула стены роддома. Мне даже не хотелось, чтобы ребёнка одевали и выносили детские медсёстры… Никаких напутственных добрых слов от работников послеродового отделения я не услышала. Детская медицинская сестра, постоянно работающая в дневную смену, несмотря на просьбы, не показала, как правильно ухаживать за ребёнком, ссылаясь на вечерние смены и обходы врачей-педиатров. Единственная, кто реально мне помог с проблемой кормления в первые сутки и научил держать и подмывать дочку, а также показал позиции, чтобы лучше отходили газики у ребёнка, это акушерка Маргарита Андреевна Шрамко. За что ей большое спасибо! Надеюсь, что мой отзыв окажется полезным и сможет пригодиться при выборе роддома, спасибо за внимание.

В наступившей тишине раздалось злобное шептание:

— Ну, обвинили в том, что пакетики с вонючим кофе по карманам тырю, зато поблагодарили, что такие, право, мелочи разрулила. — Марго была зла, как гюрза перед броском.

— Вы кончили, Семён Ильич? — смиренно поинтересовался Аркадий Петрович.

Зал грохнул. Но быстро умолк.

— Вы у меня посмеётесь. Вы у меня все посмеётесь! — изрыгнул в наступившую тишину Семён Ильич. — И Татьяна Георгиевна Мальцева, и Маргарита Андреевна Шрамко, и Владимир Сергеевич Ельский. Все сегодня же объяснительные на стол!

— По какому поводу, Семён Ильич? — Мальцева поднялась с кресла.