Перестань баловать!

– Где мой отец?

– Утром мне нужно быть в Москве. И так с тобой провозилась… Я исполняю строгий урок!

– А у меня нет ни времени, ни урока, ни пути. Благодать!

Она сняла свои детские ботинки, подогнула под себя ноги и присела в изголовье. Сколот ощутил ее руку на своих волосах.

– Отчаяние – удел изгоев, Сколот. Ты лишенец, но ты сильный парень. И своего добьешься. Тебе просто сейчас очень одиноко. Я бы взвыла, окажись на Мауре. Знаешь, как я страдала первые годы на Трех Таригах?

– Погоди, я тоже взвою. И медленно обрасту шерстью.

– Ты так и не назвал последнего желания…

– Назвал – ты исполнить не захотела.

– Не смогла…

– Ну и ладно! Езжай, отпускаю.

– А топливо? Машина заведется?

– Теперь заведется.

Зазноба пошевелилась и замерла.

– Любопытно, как ты это делаешь? Тем более на расстоянии… Зачем ты поджог Осколково?

Сколот мрачно ухмыльнулся:

– Ничего я не поджигал… Просто у солариса есть защита от дураков. Пусть не воруют.

– А за счет чего управляют материями?

– Это несложно на самом деле. Надо сильно захотеть.

– Научи меня! Если так просто…"

"– Сводишь две критические массы – свое желание и желаемый предмет.

Начинается горение по принципу ядерного.

– И всё?

– В общем, да, – скучающе проговорил Сколот. – Осталось научиться уплотнять желания. До критической массы.

Она вздохнула с мечтательным сожалением:

– Легко сказать – до критической массы… Ты не хочешь, чтоб я уезжала?

– Конечно, вдвоем здесь было бы веселее.

– Нет, ты искуситель! – Дара засмеялась. – Сначала песнями меня прельстил в переходе, теперь своим юродством. Стратиг не зря тебя наказал… Кстати, а что теперь будет с соларисом?

– Наверное, отдадут китайцам.

Чтобы они усмирили агрессию Запада. Если уже не отдали… Но мне теперь все равно!

– Не зря говорят: все гении блаженны! Знаешь, как тебя теперь называют? Алхимик!

– Я лишенец в смирительной рубашке, – усмехнулся он. – Отшельник с Мауры!

Дара приподняла его голову и положила себе на колени. Провела пальчиками по губам.

– С тобой интересно. Жаль, мы не встретились на Таригах. А были там в одно и то же время…

– Но в разных пространствах…

– Хочешь, я останусь с тобой до утра?

– Не хочу, – мгновенно отозвался он.

– Не спеши, подумай.

 – Дара положила ладонь на солнечное сплетение. – Останусь до утра, и ты забудешь эту крашеную Роксану. Я тоже умею управлять материями, знаю одно древнее правило – клин вышибают клином. Иначе ты и в самом деле превратишься в снежного человека. Грудь уже мохнатая… И еще узнаешь, почему мне дали такое имя – Зазноба.

– Имя у тебя выразительное…

– И потом не оставлю тебя одного на Мауре. Буду иногда приезжать. Тайно от Стратига… Хочешь?

– Гитару привезешь? – спросил он.

– Привезу, так и быть.