Так приказал им Уоррен, и только его приказов они слушаются. И если ты хочешь поговорить с мужем, то, понятное дело, у кого тебе следует просить разрешения. Иначе, разумеется, ты так и будешь без толку бегать туда-сюда.

Говоря это, Дрю ухмылялся. Мерзавец, ему все казалось забавным. Ни ей, ни кому-либо другому, в особенности Джеймсу, это не могло казаться забавным. Стоя на шканцах и глядя на Джеймса, она почувствовала, как сильно бьется ее сердце.

Она не знала, как сильно бьется и его сердце. Утром он проснулся с раскалывающейся от похмелья головой и обнаружил, что вместе со всеми шестью вчерашними собутыльниками провел ночь в гостиной. Затем он поднялся наверх, чтобы, наконец, разобраться со своей женой, и что же – обнаружил ее очередное исчезновение. Понятно, что после всего этого едва ли он мог быть в хорошем расположении духа. Единственное, что успокоило его в это утро, это зрелище трех кораблей, пришвартованных к пристани, и, как выяснилось, на первом же из них скрывалась его жена. То, что она прячется от него, не было самым худшим – хуже то, что она, как он полагал, твердо решила уйти от него и вернуться вместе с братьями в Америку. А зачем еще ей было находиться на корабле?

Джорджина не знала, какие мысли роились в голове ее мужа, но даже если б и знала, как это могло повлиять на ход событий? Пока ситуация еще не вышла из-под контроля, она все еще рассчитывала как-то вмешаться, независимо от того, на кого больше обращен гнев Джеймса.

– Уоррен, пожалуйста… – промолвила она, подойдя к брату, но тот не удосужился даже взглянуть на нее.

– Отойди отсюда, Джорджи, – только и сказал он.

– Не уйду. Он мой муж.

– Это поправимо.

Его наглая самоуверенность настолько возмутила ее, что она оскалила зубы:

– Ты что, ни слова не услышал из того, что я сказала тебе вчера?

Джеймс увидел ее, и она услышала, как он закричал:

– Джорджи! Ты никуда не уедешь!

О Боже, ну зачем он крикнул это столь повелительно? Как теперь увещевать Уоррена после того, как Джеймс снизу отдает такие безаппеляционные приказания? Дрю был прав. Придется метаться туда-сюда и перекрикиваться с Джеймсом. А разве так договоришься о чем-нибудь? И если верить Томасу – а как не верить, достаточно одного взгляда на Уоррена, – даже если она уступит Джеймсу, Уоррен все равно не пустит ее к нему. Без присутствия остальных братьев ничто не могло сдвинуться с мертвой точки. Дрю никогда не мог повлиять на Уоррена, и надо же, что именно бесполезный Дрю был здесь, а остальные отсутствовали.

Она тянула с ответом Джеймсу, и он решил взять инициативу в свои руки – точнее сказать, в свои кулаки. Увидев, что двое из команды уже упали на палубу, Уоррен заорал:

– Сбейте же его с но…

Джорджина ткнула брата локтем в ребро, и он не окончил фразы.