Интервью давать не собираюсь — успокойся, но поскольку я договорился с человеком, ужин переносить не стану. Иначе, какую репутацию я себе заработаю? Сам подумай, — я постучал пальцем по виску.

— Но мы тоже с тобой договорились.

— Я обещал, что съезжу с тобой, если будет время, а не работать твоим личным телохранителем и бросать дела по первому зову.

Николай недовольно поджал губы, но крыть ему было нечем.

— Что ж, придётся завтра взять с собой больше охраны, — произнёс он. — Но насчёт Лядова я тебя предупредил. Не связывайся. А с Белозёрскими что за дела? Ведёшь переговоры по поводу помолвки? Даже со мной не посоветуешься?

— Да не о чем советоваться. Непонятно пока ничего. Может, и с Вероникой придётся обвенчаться. Но у нас с Белозёрскими есть и другие дела. Они касаются меня лично и к бизнесу рода отношения не имеет. Ты мне лучше вот что скажи: когда наследство делить будем? Юристы разобрались?

— Не терпится? — хмыкнул Николай. — Скоро. Если всё будет хорошо, на следующей неделе в понедельник-вторник попробую всех собрать. Не переживай, не убежит от тебя наследство.

— Просто хотелось бы более чётко представлять состояние своих счетов и активов.

— Всем хотелось бы… — Николай пододвинул кресло ближе к столу и уткнулся в монитор, показывая, что разговор окончен. Но мне захотелось пообщаться о текущих событиях в стране, в частности о боевых действиях на западной границе.

— Как думаешь, — спросил я, — сколько будет продолжаться война в Волыни? Что можно сделать, чтобы остановить её?

Николая поморщил лоб:

— Не знаю. Тут одно из двух: либо выбить повстанцев, либо отдать Бельск и Вызну.

— На последнее власти не согласятся. Будут давить до конца.

— Всё зависит от ситуации в стране и от отношений с УСФ. Если Вельяминов решится развязать войну с сибиряками, будет не до Волыни.

— Я вот что думаю… Если бы князья отправили в Волынь свои дружины, насколько быстро можно было бы закончить войну?

— Новгородская дружина туда не поедет. Если только галицко-волынская. Но она и так участвуют в боевых действиях.

— Что-то не видел их там.

— Не удивительно. Дружина — это тебе не армия, тем более у галичан. Человек двести-триста, может, воюет."

"— А почему из других княжеств не отправят? Какой смысл посылать умирать простых пацанов, когда есть обученные энергетики, которые разрулят ситуацию в два счёта?

— Дружина охраняет собственную землю и землю великого князя. За чужие владения воевать никто не станет.

— Дааа, — протянул я. — Видать, подыхать на чужбине — удел простонародья. Князья слишком гордые для этого.

— Ни один князь или боярин не пошлёт своих людей на убой без надобности. Если бы правительство потребовало этого, все князья сразу вышли бы из состава Союза.

— Я про то и говорю.