Раньше воскресенья не смогу никак.

— Тогда в воскресенье выкрои пару часиков вечером. Позвоню тебе где-нибудь в пятницу.

— Договорились, — согласилась Ксения, и мы обменялись номерами.

— Так значит, ты хочешь пойти на государственную службу? — спросил я. — Куда именно метишь? На какую должность?

— Княжеским и боярским детям проще всего начать карьеру в аппарате думы. Так что либо в думу, либо в министерство информации или МИД.

— На правительство будешь работать, значит? А почему не на семью?"

"— Я считаю, что новгородские семьи должны принимать больше участия в управлении государством.

— Согласен, а то москвичи все посты заняли. Надо и нам как-то пробиваться, да?

— Да, сейчас в правительственном аппарате преобладают представители центральных княжеств.

Ксения имела хорошую цель. Я же пока настолько широко не мыслил. В настоящий момент для меня приоритетом было устроиться в жизни и попытаться предотвратить ту угрозу, которая висела над родом Востряковых и надо мной, как частью этого рода, а заодно поквитаться за смерть отца.

Но зрела в моей голове и ещё одна мысль. То ли россказни дворецкого и старой княгини так на меня повлияли, то ли — осознание того, что если владею большой силой, значит, надо сделать что-то существенное, но в последнее время я стал задумывать о возможности в будущем возродить Ладожское княжество.

У меня не было конкретных планов или целей, я не собирался заниматься этим прямо сейчас и даже никому не говорил о своих мыслях. Но идея была и прорастала робким ростком в моём сознании. Если бы род Востряковых стал сильнее и богаче, мы могли бы объединиться с соседями и основать собственное княжество с центром в нашей вотчине — примерно так же, как в сорок третьем сделали псковичи. Возможно, получится подмять под себя новгородских великих князей и тогда новгородское княжество станет Ладожским, а великими князьями будут Востряковы.

Последнее выглядело не очень реалистично, и вряд ли было осуществимо, но как я понял, Востряковы все двести лет только и мечтали о том, как бы вернуть себе независимость от Новгорода.

Но пока передо мной стояли гораздо более скромные цели.

— Летом чем обычно занимаешься? На юга ездишь, как все? — спросил я.

— Туризм, сафари — по-разному, — ответила Ксения. — Мне больше нравится в горах, чем на море. Этим летом планирую записаться в спецотряд Союза.

— В армию? Зачем?

— После окончания академии планирую отправиться на год в горячую точку, мне нужна подготовка.

— Зачем? — у меня, наверное, от удивления глаза стали круглыми.

— Испытать в деле себя и свои способности.

— Понятно, — скривил я рот в скептической усмешке. — По-моему, нечего там делать. Не советую, в общем.

— Но ты ведь служил в армии.