Не в том, что постоянно играешь, дергаешь за нити, пускаешь по нужной дороге. Дело вообще в другом. Черт, да во всем понемногу. Например, сейчас мне кажется, тебе совсем наплевать на мои слова. Ты пропускаешь эти фразу мимо ушей. Опять. Поступаешь так, как тебе удобно, выгодно. Вот и все.

— Нет, — отрезает Рустам. — Мне не наплевать.

— Ты испугался, — закусываю губу, не удерживаюсь от нервной улыбки. — Ты понял, что я могу потерять ребенка, поэтому и…

— Тихо, — накрывает мой рот указательным пальцем. — Даже не произноси это. Ни вслух, ни в мыслях.

Я смотрю на него и не решаюсь спорить.

Он прав, думать о подобном кошмаре нельзя. Достаточно нам проблем и трагедий в прошлом.

Я смотрю на него и понимаю: этот мужчина тоже умеет бояться. Впервые вижу его настолько мрачным и сосредоточенным, смуглая кожа резко бледнеет, так и не возвращает прежний оттенок, черты лица обозначаются гораздо четче.

— А это что? — вдруг сдвигаю брови, подаюсь вперед и медленно провожу пальцами по его виску. — Седые волосы?

Глазам не верю. Не помню, чтобы прежде замечала седину в иссиня-черных волосах.

Никакого намека на седину не удается воскресить в памяти.

— Ерунда, — отмахивается Рустам.

— Нет, подожди, — сильнее хмурюсь, по другой щеке ладонью веду. — И здесь тоже, вот с этой стороны несколько седых волос. Раньше точно ничего такого не было.

— Думаешь, мне стоит подкраситься? — спрашивает насмешливо. — Или седина не портит?

— Рустам…

Начинаю и осекаюсь. Чувствую, сейчас снова расплачусь. Абсолютно не контролирую себя, полностью отдаюсь эмоциям.

Муж отстраняется, опускает голову на мои колени, трется щекой о бедра.

Действую рефлекторно, наклоняю его упрямую макушку ладонью, взъерошиваю темные волосы. Кусаю губы до крови, чтобы протрезветь от странной смеси чувств.

Рустам как зверь ко мне ластится. Голодный. Дикий. Безумный. Жестокий. Но мой. Мой зверь. Я люблю его. Люблю одержимо. Бешено. До одури.

Глава 44"

"— Я обещал тебе кое-что рассказать, — говорит Рустам, чуть отстраняясь, и ловит мой взгляд в капкан своих горящих глаз. — Точнее показать. Забыла?

Теперь кажется, наш разговор происходил в другой жизни. Сто лет прошло, а может и больше.

С трудом припоминаю обмен той парой фраз. Речь шла о том, как объясняется сложившаяся ситуация, почему вообще пришлось затевать весь этот кошмар с арестом, гибелью и похоронами. Впрочем, примерная картина уже выстроилась в моем сознании. Суть заключалась в том, чтобы наконец обставить проклятый орден, отнять у них отдел, который достаточно важен и готов переметнуться на сторону моего супруга. Вероятно, составили схему, разработали план действий и не нашли ничего лучше подобного вот спектакля.