- Я сочла, вы сделаете для меня исключение. Вопрос очень срочный.

Буквально жизни и смерти.

Доверенный князя недовольно упер руки в бока и, глядя сверху вниз, соизволил поинтересоваться:

- Ну и?"

"- Речь о городских запасах провианта, - быстро-быстро начала, достав из сумочки составленные списки с именами нуждающихся. – Я говорила об этом во время нашей первой встречи в поместье.

- Я помню, как меня облепило снегом и вытолкнуло порывом ветра из кабинета. К несчастью, суть разговора после такого безнадежно ускользнула.

- Охотно напомню…

- Не надо, - перебил Дорман. – Я ясно дал понять, что городские запасы муки, зерна и овощей неприкосновенны. Никакой раздачи крестьянам не будет. А начнёте упрямиться – сообщу о вашем самоуправстве князю.

- Опять? – Изобразила удивление.

- Что «опять»?

- Пожалуетесь на меня князю, - пояснила замешательство грубияна. И

понимая, что разговора всё равно не получится, сунула бумаги обратно в сумочку. – Думала, вы – уже.

- Что «уже»? – Зашипел Дорман, выходя из себя.

Еще и тугодум!

- Пожаловались. А вы еще – нет?

- Знаете, что…

- Вся внимания.

Градоначальник раздул ноздри и склонился к самому лицу:

- Не путайтесь под ногами. Или сильно пожалеете.

А затем бесцеремонно оттеснил меня с крыльца плечом на проезжую часть и крикнул вышедшему из Управы молодому мужчине в форме охранника.

- Керик! С этого дня приказываю не пускать мадам Рейнар и всех ее сопровождающих в городскую Управу! Это ясно?

Тот покосился в мою сторону со смесью любопытства и удивления и выпрямился по струнке смирно.

- Да, мсье. Будет исполнено.

Городской глава усмехнулся и, глядя свысока, развернулся, чтобы уйти.

Я в долгу не осталась.

Незаметно выставила мысок мехового сапога, отвечая нахалу хитрой улыбочкой.

Шаг, и Дорман, не заметив подножки, споткнулся и с ревом ухнул лицом в сугроб на обочине.

Редкие прохожие остановились, из проулков донесся заливистый смех детей. Даже охранник по имени Керик не удержался и прыснул хохотом в ладонь.

- Ой, - я наигранно всплеснула руками. – Что же вы не смотрите под ноги? Надо быть осторожней.

Ругаясь, так что щеки залил румянец, Дорман вынырнул из сугроба и покосился через плечо смертельно-предупредительным взглядом. Столько ненависти и ярости на лице почти незнакомого человека, прежде я не видела никогда.

- Вы за это заплатите.

Застыв у повозки, невинно улыбнулась:

- Простите?

А у самой сердечко бешено заколотилось в груди.

Может, зря я его унизила у всех на глазах?

Сразу видно – человек злопамятный и опасный. А с другой стороны, Летта Рейнар – госпожа! Внучка всеми уважаемого господина.