Он подсаживает сынишку и сажает верхом на свои плечи. — Габи прокатится верхом на отце. Всего лишь…

К нам подходит один из конюхов, принимая поводья, чтобы увести жеребца. Поддерживая сына одной рукой, второй Леон прижимает меня к своему боку, шепнув на ушко:

— Ты округляешься. Не знаешь, почему это выглядит так аппетитно для вечно голодного по тебе самца?

— Не знаю, — шепчу, опустив взгляд.

Мы неспешно направляемся к Алонзо. Старик уже скатал плед и держит трость, чтобы опираться на неё при ходьбе.

— Коварная. Признайся же, что ты от меня без ума…

— Ты читаешь меня, как книгу. Знаешь, как сильно я тебя люблю. А ты? — уточняю я, хотя знаю ответ.

— Всегда, bella. Всегда. Я люблю тебя больше жизни.

Конец"