Мягкий лунный свет омывал её тоненькую, ничуть не испорченную материнством фигурку. Лишь маленькая грудь сейчас, кажется, стала еще тяжелее, и отросли волосы.

- Нина уснула?"

"- Угу. Я переложила ее в кроватку... - прошептала Наташа, не отрывая взгляда от сизого зимнего неба, раскинувшегося за окном. Глеб подошел ближе. Он не стал одеваться. Лишь обмотал вокруг бедер полотенце. Но сейчас сбросил и его, давая почувствовать ей силу своего желания. Глеб не мог... физически больше не мог без нее обходиться. Широкие ладони коснулись голых бедер и скользнули вверх по ногам, поднимая тонкую шелковую сорочку. Вслед за ними по коже промчались волной мурашки, Наташа выгнулась и застонала, цепляясь пальцами за подоконник.

- Я скучал по тебе... Так скучал...

Вместо ответа она закинула руки ему за шею и мягко потерлась голой попкой о его стояк. Он рыкнул, поощряя ее игривость. И Наташа отозвалась на этот звук гортанным урчанием. Глеб поднял руки выше. Оставил в покое подол, скользнул ладонями по рукам к плечам и, что есть силы, дернул бретельки вниз. Она захлебнулась, подавилась воздухом. Стон перешел в тихий скулеж. Пальцы очертили контур груди. С силой сжали вершинки. Шутки в сторону - он больше не собирался давать ей спуску. Знал, что она выдержит все, что он сможет дать. Пальцы увлажнило молоко. Он снова потянул, выкрутил. И еще, и еще, пока Наташа не запросила пощады. Пока он сам едва не взорвался лишь от того, что делает. Забывшись, девушка опустила руку и принялась активно себя ласкать. Еще чего! Он - и только он теперь будет виновником всех её сладких оргазмов. Глеб не больно ударил ее по руке и рыкнул:

- Не смей. Я не собираюсь сегодня делиться.

Наташа захныкала, но подчинилась. Выпрямила руки по швам, стиснула кулаки от досады.

- Обопрись ладонями о подоконник, - подсказал Глеб. Наташа торопливо исполнила его просьбу. В такой позе ему и не нужно было ничего оголять. Сорочка и так задралась, открывая доступ к самому сладкому. Глеб приставил головку:

Он вошел в нее резко, во всю длину. Он вернулся домой...

-Ты как, маленькая? Тебе хорошо? - прошептал, двигаясь мощно и размеренно.

- Да... да... господи, да...

Не прекращая толчков, Глеб намотал её волосы на запястье, заставляя откинуться ему на грудь и чуть повернуть голову, чтобы он ртом мог ловить ее рваные стоны и хрипы. И Наташа дала ему насладиться происходящим в полной мере. Никогда его девочка еще не кричала так сладко, никогда не сжимала его так сильно, кончая. Выдаивая его...

- Люблю тебя...

- Люблю тебя...

- Готова?

-Да!

- Навсегда.

Эпилог

Солнце было таким ярким, что не спасали даже черные, как ночь, полароиды. Глеб щурился, как коршун, вглядываясь в горизонт, где на белоснежном песке, у кромки лазурного моря, резвились его...

- Слушай, да расслабься ты уже.