Заметив перемены во мне, наблюдающий за мной Илья настороженно спросил:

— Что случилось?

— Приглашают в отделение в два. — Я пожал плечами. — Если бы отец очнулся, врач бы сказал. Если бы его состояние ухудшилось, тоже сказал бы.

— Денег будет просить, — предположил Илья.

— Надеюсь, только это, — ответил я и только сейчас сообразил, что Каретниковых нет дома. — А где твои? И где малой?

— Повезли его на рынок покупать ему мелочевку: носки, трусы, футболки. Прикинь?

— Тебя это напрягает? — осторожно спросил я.

Друг задумался. На миг мне показалось, что он ревнует.

— Нет, что ты. Наоборот, интересно наблюдать. Он так радуется всяким мелочам. Да и прикольный малой, ты был прав. С мозгами.

— Ну и хорошо. Побегу-ка я домой, новостями поделюсь.

— Держись, дружище!

Дома меня ждали. Телефонный аппарат, что был неподалеку, так и не отремонтировали, и дети оттуда унесли отрезанную трубку. Дочь бабы Вали уехала, с остальными соседями мы не настолько близко общались, чтобы ввалиться к ним чуть свет с просьбой позвонить, потому я бегал по утрам к Илье.

— Ну что? — спросила мама, едва я переступил порог.

За эти дни она осунулась и похудела. Дед же, наоборот, отошел после сдачи крови и даже грозился нас сегодня погонять на базе. Борис, ковыряющий ложкой гречку, навострил уши. Наташка по-прежнему делала вид, что у нее нет отца и все, что с ним происходит, ее не волнует.

Причем она так убедительно играла, что я поверил бы, если бы не знал ее лучше — о недосыпе говорили красные глаза и заострившиеся скулы."

"На самом деле в словах врача не было ничего хорошего, скорее наоборот. Но я решил не накручивать домашних раньше времени.

— Без перемен.

Договорились встретиться с врачом в два часа дня, — отчитался я. — Вот он все подробно и расскажет. Я так понял, он всех родственников собирает, чтобы много раз одно и то же не повторять.

Мама помрачнела.

— Придется дома ждать. На правах кого я пойду? Жена там уже будет. — В ее голосе зазвенел металл.

Не обида маленькой девочки, у которой забрали любимое — холодная ярость взрослого. Случись такое несколько месяцев назад, я вынашивал бы планы отмщения Лялиной. Не потому, что хотел вернуть отца, а из солидарности с мамой и, получив команду «фас».

Теперь же, посмотрев на Анну в горе и увидев ее отношение к отцу, негатива к ней не испытывал, но и особой симпатии — тоже. Зато испытывал острое желание узнать, почему женщины выбирают подобных ему и так дорожат ими?

— Мы тебе расскажем, — пообещал дед маме.

Пак кофе мы сдали валютчику еще позавчера. Второй дожидался воскресенья, и если поначалу мысли о том, как это я зайду к чужим людям и начну что-то предлагать, вгоняли в дрожь, то теперь было пофиг.

Двух часов дня мы с дедом еле дождались.