Ему показалось, что принц не желает говорить о своем отъезде в столицу, поэтому Бонифаций решил сосредоточиться на деле. В конце концов, не его забота, где живет наследник.

Дамиан, услышав вопрос, встрепенулся, выбрасывая из головы тяжелые мысли о возможном предательстве кого-то близкого. Все-таки в королевстве не так много влиятельных людей. Большая их часть была очень близка к королевской семье.

– О, ты не поверишь, но здесь все очень интересно. Первое дело связано с шахтой.

Дамиан подробно рассказал все, о чем узнал в последние месяцы. И не только про шахту, но и про город, пожар, наглого поверенного и гильдию.

Бонифаций был изрядно удивлен услышанным. Он даже не подозревал, что дело действительно настолько важное. Незаконная разработка камней могла значить очень многое. Самая безобидная версия происходящего – желание какого-то аристократа обогатиться в обход королевского взора. О самой серьезной подоплеке дела лучше даже не думать. Бонифаций очень надеялся, что рыбка останется в пределах королевства.

Неизвестная гильдия, уничтожающая аристократические семьи, тоже крайне настораживала. И ладно, если дело исключительно в обогащении.

Однако Бонифаций очень хорошо знал, что чаще всего в таких случаях причины совсем иные.

– Ваше высочество, – Бонифаций сглотнул. – Вы понимаете, что у нас, возможно, назревает целых две войны?

Дамиан усмехнулся.

– Конечно, – ответил он. – Но нам повезло, не так ли? – его лицо осветила улыбка. – Мы оказались в нужном месте в нужное время.

– Это чересчур оптимистично, – Бонифаций покачал головой. – Дело могло зайти слишком далеко.

– Сомневаюсь, – не согласился Дамиан. – Иначе шепотки бы уже пошли.

Нет, друг мой, нам действительно повезло. Судя по всему, бал еще не начался.

На следующее утро, убедив Марианну, что ее присутствия при допросе не требуется, мужчины отправились в сарай, где сидели заключенные.

Начать они решили с поджигателей. Те сперва пытались взывать к милосердию, но, когда Бонифаций вытащил из-за пазухи садовые ножницы, пообещав отрезать им все лишнее, люди заговорили.

И неудивительно! Очень сложно сохранять спокойствие, когда перед твоим носом маячит внушительный инструмент, а держит его улыбающийся накрашенный мужик, в глазах которого буквально светится желание посмотреть, что будет, если он отрежет кому-нибудь палец.

Или какой-нибудь другой отросток…

Дамиан признался сам себе, что вид Бонифация в этот момент был как никогда жутким. Ему самому не хотелось стать врагом своего хорошего знакомого.

– Хотите говорить? – спросил Бонифаций. Причем с таким разочарованием, что задержанные едва не взвыли, глядя на Дамиана с надеждой в глазах, как на своего спасителя. – Жалко, – протянул дознаватель, вздыхая и опуская ножницы.