Размышляя, он постарался точно, в деталях воспроизвести в памяти, как сын отреагировал, когда ему сообщили, что он будет жить с мамой, и как это происходило.

А происходило это в присутствии Элки и ее мужа.

– Петенька, – протягивала она к сыну руки. – Поживешь со мной и дядей Бернардом. Я так по тебе соскучилась.

– А с папой и бабушкой? – не спешил ребенок в ее распахнутые объятия и смотрел вопросительно на отца.

– А с папой и бабушкой вы будете видеться по выходным. Мы же никуда не уезжаем и будем жить в Москве. А еще к нам приедет бабушка Лиза, – порадовала она сына грядущей встречей со второй бабушкой, ее мамой.

– Ну что ты, Петюша? – подбадривал его Андрей. – Вы с мамой давно не виделись, она по тебе соскучилась.

– А можно с тобой? – спрашивал малыш и заглядывал просяще отцу в глаза.

– Ты же знаешь, у папы много работы, – ответила вместо него Элла. – А все вместе мы не можем жить.

– А с бабушкой? – не отлипал ребенок от отцовской ноги, на которую навалился всем тельцем.

– И с бабушкой вместе не получится, – начинала нервничать Элка.

Кое-как Петьку уговорили, дядя Бернард пролепетал там что-то ободряющее на французском, поулыбался, погладил пасынка по головке и протянул ребенку подарок.

А Барташов тогда отнес нежелание Петьки идти к матери на счет того, что они давно не виделись и он попросту отвык от нее.

Вообще-то рано делать выводы, может, так оно все и есть на самом деле, и Петруша на самом деле отвык от матери за долгую разлуку, мало ли что там эта странная Мира наговорила.

Он вызвал такси и прямо из аэропорта поехал по адресу квартиры, которую снимала Элка с мужем.

В просторном и светлом подъезде работало две видеокамеры и сидела зоркая консьержка.

Андрея она хорошо помнила, он лично привез сюда Петю, тогда они еще поздоровались с консьержкой, и Барташов представился ей и представил сына, объяснив обстоятельства.

Женщина ему приветливо поулыбалась, проинформировав:

– Дома. Они все дома. – И поинтересовалась: – Сообщить о вашем приходе?

– Нет-нет, – поспешил отказаться от услуги Андрей. – Я сюрпризом.

Он поднял руку, чтобы позвонить в дверь, и вдруг услышал громкий, отчитывающий, недовольный крик Эллы:

– Сколько можно повторять, чтобы ты не разбрасывал игрушки?! Это так трудно запомнить?! Что ты на меня смотришь, бестолочь?! Складывай давай в коробку! Да не в эту! – вдруг закричала она еще громче.

 – В ту, что в твоей комнате!!

У Барташова что-то там переключилось в голове и побелела картинка перед глазами, он утопил кнопку дверного звонка и не отпускал, сжимая зубы до хруста желваков на скулах, пока ему не открыли.

– Ты что, с ума сошел? – распахнув дверь, отчитала его Элка.