Вот только стоило после жете опереться на поврежденную ногу, как она не выдержала, несмотря на тугую повязку, подкосилась, и я обессиленно рухнула на пол, вдобавок ударив еще колено.

Проклятье! А я так надеялась, что все-таки смогу танцевать. Ведь дошла же до машины и от машины до квартиры, пусть и опираясь на Германа.

Он вошел в комнату в тот самый момент, когда я, сцепив зубы, снова решила попробовать сделать хотя бы батман.

– Ирочка! – поднос в его руках опасно дрогнул, и Герман спешно отставил его на стол. – Боже, ты что делаешь?!

Я поморщилась, не от боли, а от того, что не заметила, как он вошел.

– Разминаюсь.

– Тебе нельзя этого делать, пока нога не пройдет!

Он попытался усадить меня обратно на диван, но я вырвала руку. Вся эта показная забота начинала порядком утомлять.

– Умеренные нагрузки при растяжении допустимы. Просто нужно конкретную мышцу не нагружать. – стараясь оставаться спокойной ответила я, – Я год назад, когда зимой подскользнулась, уже с растяжением нормально занималась, при контроле балетмейстера, разумеется.

О том, что там проблема была не такой сильной, естественно умолчала.

– Ты сейчас не под контролем вашего постановщика.

– Я не ребенок и вполне способна позаботиться о себе самостоятельно, – глухо ответила.

Нагицкий вздохнул, присел на диван и постучал рядом с собой.

– Хорошо. Давай поговорим как взрослые.

Тон его был настолько серьезным и так отличался от приторного «Ирочка!», что ослушаться я не посмела. Подошла, села с идеально прямой спиной.

– Большинство фавнов обладает даром предвидения, – начал он. – Дар начинает развиваться рано и работает за счет поглощения энергии чужого таланта.

– Ты можешь видеть будущее? – я удивилась.

Не слишком было на это похоже.

– Я – нет. Мое детство прошло не в самых обычных условиях, в итоге, в то время, когда мой дар должен был раскрыться, ему не от чего было получать подпитку. Я много времени уделял учебе, мне нравились биология и химия, потом увлекся медициной. И в результате в тот момент, когда попал

в благоприятную среду, неожиданно обрел совсем другую способность. Как уже сказал, я успел год проработать в ординатуре. Лечить людей магией оказалось слишком большим соблазном, и в итоге я этой возможностью пользовался.

Из-за чего на меня и вышли другие представители нелюдей… – он сухо кашлянул. – Но речь не об этом. Мой отец тоже фавн, и у него с предвидением все в порядке. Так вот. Он утверждает, что ты скоро погибнешь…

По спине прошелся липкий холодок.

– И насколько точно работает его предвидение? – мой голос моментально осип.

Всего, что я видела до этого, было достаточно, чтобы сейчас поверить в реальность угрозы.

– Даже если есть сотая доля вероятности, что это так, я бы не стал рисковать.