Когда мы с Рисом спускались на лифте в вестибюль, меня охватило оцепенение, и весь мир, казалось, помутнел.

Десятый этаж… Девятый этаж… Восьмой этаж…

Мой желудок опускался все ниже с каждым этажом.

Когда мы достигли вестибюля, двери лифта со свистом распахнулись, и я увидела густую толпу репортеров, толпившихся у входа в отель, – их сдерживала только охрана. Крики достигли апогея, когда они увидели меня, и все в вестибюле повернулись, чтобы посмотреть на источник шума.

На меня.

Я много раз имела дело с прессой, но впервые столкнулась с журналистами в статусе наследной принцессы.

Оказалось, это совсем иное.

Все было иным."

"У меня перехватило дыхание. В глазах заплясали темные точки, и я почувствовала слабость в ногах.

– Дыши, принцесса, – тихо сказал Рис. Он откуда-то всегда все знал. – Ты будущая королева. Не позволяй им запугать себя.

Вдох. Выдох.

Он прав. Я не могла начать первый день в новой роли испуганно и робко. Мне хотелось лишь одного – сбежать в номер и никогда больше не выходить, но у меня были обязанности, которые нужно выполнять.

Я все смогу.

Я будущая королева Эльдорры.

Пришло время вести себя соответственно.

Я глубоко вдохнула, расправила плечи и вздернула подбородок и, игнорируя взгляды постояльцев отеля, направилась к выходу и новой жизни.

Часть 2

Глава 21

Бриджит

Шесть недель спустя

– Его величество готов вас принять.

Маркус вышел из кабинета дедушки, и его лицо скривилось, словно он проглотил целый лимон.

– Спасибо, Маркус, – улыбнулась я.

Он не улыбнулся в ответ. Он лишь быстро, подчеркнуто вежливо кивнул, развернулся на каблуках и ушел.

Я вздохнула.

Если я думала, что титул кронпринцессы улучшит мои отношения с ближайшим советником Эдуарда, я глубоко ошибалась. Маркус казался еще более недовольным, чем всегда – возможно, из-за того, что реакция прессы на отречение моего брата оказалась… не лучшей.

Что еще плохого? Мое прозвище: принцесса на полставки. Судя по всему, таблоиды не оценили годы, проведенные будущей королевой вдали от Эльдорры, и не упускали случая усомниться в моей преданности стране и пригодности для престола.

И худшее: отчасти они были правы.

– Увидимся завтра на перерезании ленточки, – сказала я Микаэле, которая ходила со мной на встречу с Элин обсуждать имидж.

– Звучит неплохо. – Микаэла украдкой заглянула в полуоткрытую дверь кабинета. – Удачи, – прошептала она.

Мы не знали, почему дедушка хотел со мной поговорить, но понимали: ничего хорошего ждать не стоит. Он вызывал меня в кабинет только по серьезным вопросам.

– Спасибо. – Я изобразила слабую улыбку.

Микаэла была моей лучшей подругой в детстве, а теперь помогала проходить обучение.