Завтра Николай объявит об отречении, а потом у меня будет пресс-конференция. От этой мысли слегка заболел живот. – На выступление.

Впервые за день лицо Риса смягчилось.

– Конечно, принцесса.

Забавно: сначала я ненавидела это прозвище, а теперь от него трепетало сердце.

Ночью я пыталась уснуть, но разум кипел миллионом мыслей и забот. Коста-Рика, Рис, останется ли он моим телохранителем, реакция публики на отречение Николая и его помолвку с Сабриной, здоровье деда, мой дебют в качестве наследной принцессы, возвращение в Эльдорру…

Я зажмурилась. Дыши.

Просто дыши.

Наконец я провалилась в беспокойный сон, мучимая кошмарами о гигантской короне, которая придавливает меня на виду у всего дворца, пока все вокруг показывают на меня пальцами и смеются.

На следующее утро я проснулась раньше запланированного, чтобы подготовиться к пресс-конференции и замазать темные круги под глазами. Завтрак я пропустила, сомневаясь, что мой желудок сможет удержать еду, но, когда ровно в семь пришел Рис, он уговорил меня заказать в номер яйца и смузи. Без кофе. Он сказал, что это поможет справиться с волнением, и, как ни удивительно, это действительно помогло.

Речь Николая началась в восемь, и мы молча наблюдали, как мой брат – в парадной военной форме, с напряженным, но решительным лицом – произносит слова, которые навсегда изменят историю Эльдорры.

«…Настоящим я объявляю, что отказываюсь от титула наследного принца Эльдорры и исключаю себя из линии наследования. Это решение далось мне нелегко…»

Ахи публики слышались даже через экран, но Николай продолжал.

Самое важное решение в моей жизни…

Моя любовь к стране…

Наследует моя сестра, принцесса Бриджит…

Я сидела, словно окаменев.

Я знала, что грядет отречение, но было невыносимо видеть и слышать, как Николай объявляет об этом с экрана.

Когда он закончил речь, камера переключилась на явно ошеломленного ведущего новостей, но Рис выключил телевизор прежде, чем я услышала его слова.

– Тебе нужна минута?

Он излучал такую естественную уверенность и властность, что это почти успокаивало расшатанные нервы.

Почти.

Мне предстояла пресс-конференция, и завтрак просился наружу.

Да.

Желательно миллион минут.

– Нет. – Я прочистила горло и повторила громче: – Нет. Пойдем.

Я в последний раз проверила прическу и одежду, прежде чем мы вышли из номера. Все, что член королевской семьи говорил и носил на публике, имело скрытый символизм, и сегодня я оделась для битвы: приталенный костюм от «Шанель», туфли на каблуках и изящная золотая брошь с рубинами и бриллиантами – цветов флага Эльдорры.

Сообщение: все под контролем, я готова взять власть в свои руки.

Реальность: полный бардак.