Представив в действии предложение Алекса, стремительно покрылась румянцем. И не только щеки ее покраснели.

– Говорю же, не тот вечер мы выбрали с тобой для объяснений. – Алекс аккуратно надавил ей на плечи, опрокидывая снова на подушку. – С другой стороны, мы оба теперь знаем о намерениях другу друга.

– И какие у нас намерения? – едва слышно уточнила она.

– Я буду покорять тебя дальше, ты – меня очаровывать своей разумностью, силой воли и красотой.

Его губы приближались к ее, и необходимость продолжать разговор разом потеряла актуальность.

– И никакого колдовства.

– Никакого.

Его дыхание опалило ее щеки.

– Почему я тебе чуточку верю, Смотрящий?

– Потому что я для тебя открыт, малика. Не хочу ничего скрывать. Не хочу лгать. Хочу, чтобы ты понимала, кто я, и принимала меня таким, какой я есть. Без светской мишуры. Оставим ее для тех, кто не желает видеть ничего, кроме того, что им показывают.

Рука Алекса опустилась на грудь Сесилии. Он потянул за шнуровку, та с легкостью поддалась, и вскоре полы пеньюара оказались распахнутыми.

Алекс никуда не спешил.

Сесилия лежала не двигаясь.

Смотрела в лицо Алекса, отмечая, как трепещут его по-девичьи длинные ресницы, как темнеют глаза при виде ее обнаженной груди, как смягчается жесткая линия губ.

Она наслаждалась именно его присутствием.

Между прошлым и будущим сместились рамки, ушли в небытие.

Осталось только настоящее.

Здесь и сейчас.

Она и он.

Малика и Смотрящий.

Союз, что для многих посвященных был неприемлем.

И лишь немногие знали, что он не первый. И отнюдь не последний.

Алекс прикасался к ней с невероятной нежностью. Она отвечала взаимностью. Выгибала спину, приподнимала бедра в жажде получить большее. Алекс ей давал. Руками, губами, своим телом.

Он разделся быстро, скинул с себя халат и домашние штаны. Сесилия снова отметила, до чего же он хорошо сложен. И теперь она будет прикасаться к этому шикарному мужчине постоянно.

Каждый день…

Голова шла кругом от перспектив.

Принимая поцелуи Алекса, она жадно поглаживала его плечи. Исследовала спину и даже позволила себе прикоснуться к мужским ягодицам. На большее пока не осмелилась. А хотела…

Глаза Алекса сказали ей без лишних слов – ему нравится, что она делает. Как отзывается. Как возвращает ему ласки.

На этот раз проникновение Алекса не вызвало боли. Только обжигающее желание и невероятное чувство наполненности. Глухо застонав, Сесилия подалась вперед, обняла Алекса.

Он двигался мощно, ритмично, глубоко.

– Моя малика…

– Твоя.

Глава 20

– Нонна Изабель, вы превзошли себя. Платье невероятное.

– О, лесса Сесилия, я рада, что угодила вам.

Сесилия покрутилась перед зеркалом. Бирюзовая ткань переливалась в лучах проникающего в окна солнца.

– У меня вам будет еще один заказ.