Лэнс сделал это ради меня? Вступил в тайный брак, который мог вызвать негодование его семьи, чтобы защитить меня от опасности? Значит, он вовсе не собирался со мной разводиться?

Теперь мой утренний поступок выглядел еще более ужасным. Лэнс никогда не сможет меня простить!

Чуть запоздало в моей голове шевельнулась еще одна мысль.

— Но маркиза… Разве не жестоко было впутывать ее в нашу историю?

Бабушка сжала мою ладонь.

— Дениз не стоит жалеть. Она ясно представляла всю опасность этого брака и согласилась на него в здравом уме. Ты же помнишь, как она мечтала выйти замуж за принца? Она тяжело болела последние месяцы. И больше всего она сокрушалась об одном — что умрет, так и не дождавшись исполнения сделанного ей в юности предсказания.

— Но как его высочество узнал об этом? — воскликнула я.

Бабушка хмыкнула:

— Однажды он приехал ко мне и сказал, что любит тебя. Он просил прощения за то, что ввел нас в заблуждение, пообещав жениться на Анабель. Он готов был вовсе отказаться от супружества — только бы не подвергать опасности тебя. Тогда я и предложила ему другой вариант.

— Но что будет, если о его первом браке узнают? — испугалась я. Испугалась не за себя — за Лэнса. — Это не нарушает никакой из законов Асландии?

Ее светлость улыбнулась:

— Уверяю тебя, что нет. Конечно, если о нём узнают, это вызовет множество сплетен и пересудов, но не более того. Это был совершенно законный брак. Невеста наследного принца не могла иметь титул ниже, чем титул маркизы. Ну, так Дениз как раз маркизой и была.

Мне стало чуть легче дышать.

— Видела бы ты, какой счастливой она была в последние дни своей жизни. Перед самой свадьбой мы ездили к гробовщику — Дениз хотела лично посмотреть на ту корону, что изобразили на ее будущем надгробии.

Я поёжилась.

— Девочка моя, ты не должна терзать себя из-за того, что случилось с Дениз. Болезнь всё равно свела бы ее в могилу — только несколькими днями или неделями позже. А так она была счастлива, что исполнилась ее мечта. Она сияла, стоя в церкви перед алтарем. И умирала она с улыбкой на устах. Да-да, в тот самый день — в день своей свадьбы!

Мы сели в карету и под мерное цоканье копыт я снова расплакалась.

— Он никогда не простит меня! Я повела себя так глупо!

Бабушка ободряюще похлопала меня по руке.

— Он любит тебя, Маргарита! А значит, простит. Только прошу тебя, впредь не забывай — ты теперь принцесса и должна вести себя благоразумно. Ты должна вернуться во дворец. Скажи, что в день вашей свадьбы я почувствовала себя дурно, и ты беспокоилась о моем здоровье и просто не могла сегодня меня не навестить. Такую причину даже его величество сочтет достаточно убедительной.

Я прижалась к ее плечу и почувствовала себя чуточку увереннее.