Давид отрывается от моего лба, снова целует мой палец, который я так и держу у губ.

— Каким был чудовищем, таким и остался, — говорит он. — Внешняя оболочка поменялась, а ты неизменно — в слезах. Гадство.

Это от радости.

— Ты чудовищем никогда не был. Так, заколдованным жестоким принцем, — усмехаюсь, подкалывая его. — Что делаем? Рискуем переложить детей в коляски или терпеливо ждем, пока выспятся?

Мы синхронно оборачиваемся, Ромка как раз открывает глаза, смотрит на нас по очереди и улыбается.

Давид широко улыбается в ответ, ему даже онемение не мешает умиляться сыну.

А я ощущаю себя принцессой в сказке. Старинной, немного жуткой сказке, но зато своей собственной.

Глава 34

Аромат свежего кофе наполнил номер.

Я аккуратно сервирую стол, раскладывая приборы и угощения. Официанта отпустила сразу, мне хотелось заняться завтраком самой. Молодому парнишке, разумеется, было безразлично, но кубанское воспитание не позволило пустить в дом чужого человека, когда вокруг такой бардак! Утро началось, как обычно, с каши, от которой дети демонстративно отказались, омлета и заляпанной гостиной.

— Давид, — окликаю я мягко.

Это имя ему не принадлежит, но ему никакое не принадлежит, поэтому плевать. Главное, чтобы отозвался. — Давид, дети отлично сами держат бутылочки, можешь идти завтракать.

Он оборачивается с дурацкой улыбкой. С ней пришел к нам час назад, так и проводит время. Мне трепетно и самую малость больно видеть его таким радостным во время выполнения самых бытовых задач.

Сажусь на стул, обхватываю чашку кофе ладонями и, чуть погревшись, подношу к губам. Закусываю черный кофе свежей клубникой.

— Вот это жизнь! — восклицаю. — Блогерский завтрак.

Если, конечно, — чуть прищуриваюсь, — взять ракурс так, чтобы не вошли дети и бардак. И вон та куча подгузников в пакете. Ее стереть фотошопом!

— Шампанское будешь? — хохотнув, Давид достает из холодильника бутылку, бокал из шкафа. — Оно бы вписалось в твой блогерский завтрак.

— Нет уж, спасибо. Вчера оно уже «вписалось» в меня, потом еще раз на обеде вписалось, и весь день прошел радостно.

— Да брось, оно быстро выветривается, — он откупоривает бутылку.

— Нет. Нет. Нет.

— Отпуск же, имеешь право.

Бросает очередной внимательный взгляд на лопающих детей.

И как я справлялась с их воспитанием без его помощи? Хочется съехидничать, но на колкости нет сил. Сегодня третий день нашего путешествия, мы исследуем окрестности, осматриваем отели и уделяем время детям. В каждом месте нас принимают за счастливую пару — и это немного смущает, но, одновременно, греет душу.

— Они уже налопались, не переживай. Допьют молоко, и предложим им клубнику.

Я беру еще одну ягоду, отправляю в рот.

— Вкуснятина. Но у бабули все же была слаще.