Я заметил, что пушечные порты на нем открыты. Как и на остальных галеонах. Вот они — издержки популярности! Что ж, если нас опознали, обойдемся без лишних церемоний.

Фрегат прорезал хвост ост-индийской эскадры. По правому борту оказалось сразу два корабля, но они шли так близко друг к другу, что проскочить между ними было бы трудновато. Ближний немного отставал, поэтому выстрелы его погонных орудий остались безнаказанными. Два его каменные ядра попали нам в корпус выше ватерлинии и разлетелись на осколки, не нанеся серьезного ущерба. Мы всадили залп из орудий правого борта в опережавший его на полкорпуса галеон, а из орудий левого — в третий с хвоста. Стреляли с дистанции кабельтова полтора. В результате книппеля из карронад правого борта оборвали блинд и «раздели» грот-мачту и бизань-мачту. Фок-мачта упала, но срубили ли ее книппеля или ядра — не знаю. Видел, что ядра порядком разворотили форкастель галеона, откуда по нам успели выстрелить из пяти пушек разного калибра, выломав кусок фальшборта и убив двух матросов и двух ранив. Книппеля левого борта превратили в лохмотья паруса на бизань-мачте и грот-мачте и основательно продырявили на фок-мачте другого галеона, а ядра словно вырубили овальное отверстие высотой около двух метров в ахтеркастле."

"Фрегат прошел вперед еще с полмили. Вслед нам дали по бортовому залпу оба замыкающие галеона. На этот раз ядра были не только каменные, но и чугунные. Одно, калибра не менее тридцати шести фунтов, застряло в корме на уровне офицерской каюты. Видимо, кто-то из ее обитателей притягивает их. Еще одно ядро порядком повредило косую бизань и сделало прореху в гроте. Зная, что испанские пушки, так сказать, одноразовые, я смело развернул фрегат и повел его на сближение с подбитыми галеонами, на которых поспешно меняли паруса. Товарищи решили не бросать их в беде. Вся эскадра начала поворачивать вправо, в нашу сторону, готовясь встретить пушечными залпами. Из-за слабого ветра они не сильно оторвались от атакованных мною кораблей. Поэтому я первым делом зашел за корму замыкающего галеона. Убрав паруса, медленно занял позицию в полукабельтове по корме, дал канонирам время хорошенько прицелиться, после чего произвел залп из пушек. Обломки досок подлетели выше черного облака порохового дыма. Их было так много, словно развалился весь ахтеркастель. Дело обстояло не совсем так, но незапланированных проектом отверстий в нем мы наделали много. После чего рявкнули две карронады, подчистив картечью людей, которые решили выглянуть через эти отверстия.

Испанцы ждали абордажа, готовились умереть с честью. Морские рукопашные более жестоки, чем сухопутные. В море некуда убегать, а если уж помирать, то, как говорится, с музыкой.