- Мужа подстрелили. Очень тяжелый. Ушиб сердца и легких. Сам Гаретов приехал оперировать…

«Очень тяжелый! Ушиб сердца», - бьет по голове словно кувалдой. Мой Степа! Мой!

В глазах темнеет, а ноги заливает прозрачная жидкость.

Началось, мамочки! Началось! Дай бог нам всем удачи!

Глава 56

Медленно прихожу в себя, словно выплываю из черного мутного марева. Пытаюсь сфокусироваться на звуках вокруг и не могу. Снова отрубаюсь. Слышу голоса. Мужские, женские. Что-то обсуждают. Какого-то тяжелого больного. Делают неутешительные прогнозы. Говорить не сможет, даже дышать самостоятельно.

Пристрелите меня, что ли?

Вспоминаю, как бежал по лестнице. Кого-то хотел защитить. Защитник хренов. Подставился как дурак. Посчитал, что броник спасет. Но жахнули в меня с двух сторон. Девка выстрелила из какого-то мудреного пекаря и пацан какой-то из Макарова приложился. Серьезно подготовились черти. Не ожидал. А за кого вписался? Зачем сам решил подставиться?

Пытаюсь вспомнить. Получается с трудом. Откуда-то из глубины души выплывает имя.

Ира моя. Люблю.

И тут же как тумблер проворачивается! Точно, твою мать. Ирка моя. Ирочка!

Снова прислушиваюсь к голосам. Теперь они звучат яснее и четче. Один мужской знакомый до потери пульса. Зорро, блин. Опять меня взяли, что ли?

Да нет же! Комом обрушиваются воспоминания. Вагон СВ, наши перепалки с Ириным братом. И нападение, твою мать. Как я мог допустить, чтобы меня подстрелили? Понадеялся на авось. Сам же и поплатился.

Еще голос. Знакомый, почти родной. Сохатый, брателла. Тоже здесь. Говорит что-то не торопясь, кого-то убеждает. А я даже «мяу» сказать не могу. Лежу поленом и жду, когда заговорит она. Моя Ира.

Но бесполезно!

Разговор заканчивается. Кто-то уходит, слегка хлопнув дверью, а кто-то плюхается в кресло, так что ножки скрипят по ламинату. Кряхтит.

Петька. Только он так откашливается, когда нервничает.

Что же случилось? Ира где? Или тоже ранили? А ребенок? С ним что?

Кровь ударяет в голову. По моей вине и жена попала.

«Что с ней? Или она бросила меня?» - думаю испуганно. И этот страх безотчетный и дикий срабатывает как пружина. Заставляет трепыхнуться и открыть глаза. Истошно вопят приборы. Пиликают со всей дури, словно зовут кого-то. Только мне сейчас никто кроме Сохатого не нужен. Про Иру узнать надо, пока по новой иголки не повтыкали.

- Бр-ро, - шепчу еле слышно. И Петька пулей подскакивает ко мне.

- Очнулся, Степа. Слава тебе, господи!

Дергается, собираясь бежать к врачам.

- П-погоди, - мотаю головой и вместе со мной вся палата приходит в движение. – Ира моя где?- спрашиваю, а сам на безымянный палец показываю. Кольцо! Жена! Только не жена она мне пока. И кольца в сейфе лежат не надеванные.

- Ира здесь. В больнице, - скупо цедит Петька. Вижу как подбирает слова.