Проще всего попробовать угадать, что хочет сказать женщина, но неверная догадка всегда чревата, поэтому я спросил:

– А о чем, миссис Блаунт?

– Прочтите это. – Она протянула мне сложенный листок бумаги.

Эта была бумага для заметок размером 4 × 6 дюймов, хорошего качества, с напечатанной сверху надписью: «Офис Дэ-ниела Калмуса», где шариковой ручкой было написано следующее:

Пятница.

Моя дорогая, посылаю это с Дэном. Передай Салли, что, хотя она действует из лучших побуждений, я полностью согласен с Дэном насчет привлечения к моему делу Ниро Вулфа. Я не понимаю, чем он может помочь, и не вижу в этом необходимости. Как тебе уже сообщил Дэн, нам с ним известен некий факт, который Дэн использует в нужный момент и нужным образом. Факт, о котором я не говорил даже тебе. Не волнуйся, моя дорогая, не волнуйся и передай Салли, чтобы тоже не волновалась. Дэн знает, что делает. С любовью, твой Мэт.

Дважды прочитав записку, я сложил бумагу и вернул миссис Блаунт.

– И все же я хочу повторить, что налицо лишь расхождение во мнениях. Вы, конечно, показывали это вашей дочери?

– Да.

– А у вас есть предположение относительно того, что это за факт. Факт, который, по словам вашего мужа, известен только ему и Калмусу?

– Нет.

– А у вас, Салли?

– Нет.

– Ну хоть какие-то догадки имеются?

– Нет.

– Теперь видите, почему это неправильно, – заметила миссис Блаунт. – Мне звонил мистер Калмус. Так вот, он утверждает, что заметка в газете уже причинила серьезный ущерб, поскольку теперь все будут считать, будто именно он нанял Ниро Вулфа. Поэтому в завтрашней газете нужно поместить опровержение, где говорится, что произошла ошибка и никто не нанимал Ниро Вулфа. Если моя дочь уже заплатила Вулфу, ничего страшного. Деньги можете оставить себе.

Я посмотрел на Салли, которая продолжала стоять. Мой мозг, по-прежнему перебиравший факты, за исключением некоего, известного лишь Калмусу с Блаунтом, призывал меня воспользоваться предлогом и избавиться от чертова дела. Если у Калмуса действительно имелся факт, способный сотворить чудо, тогда хорошо. Но если Калмус блефовал, то шанс, что нам с Вулфом удастся нарыть такой факт, становился еще более призрачным. Конечно, нам придется вернуть двадцать две тысячи. Когда Вулф посылал меня на задание, не снабдив специальными указаниями, общее указание заключалось в том, что я должен действовать, опираясь на опыт и здравый смысл. Итак, мне следовало вернуться домой и сообщить Вулфу, что я принял решение оставить дело Блаунта. Я покосился на Салли. Если бы она посмотрела на меня с сомнением или испугом, я бы точно сдался. Но она, упрямо вздернув подбородок и сжав губы, устремила на мать немигающий взгляд своих больших карих глаз.