– Раз уж это первое доброе дело в вашей жизни, тогда я целиком и полностью на вашей стороне. В любом случае вы клиентка Ниро Вулфа, а я работаю на него, поэтому все нормально. А что до вашей матери, я решу, о чем буду с ней говорить при личной встрече. Если она захочет…

И тут я осекся, поскольку мисс Блаунт поспешно отвела глаза. Она стояла спиной к камину, а потому, в отличие от меня, могла видеть вошедшую в комнату женщину, которая направлялась к нам.

– Мама, я как раз собиралась за тобой. Мистер Вулф не смог прийти. Это Арчи Гудвин, – сказала Салли.

Я бы не возражал, если бы свет в комнате был чуть-чуть ярче. Лампы были затенены и стояли далеко. Когда миссис Блаунт подошла, отблески огня в камине причудливыми бликами легли ей на лицо: в какой-то момент она показалась мне моложе дочери, а через секунду – уже старой каргой.

– Мистер Гудвин, простите, что не могу пожать вам руку. Это было бы неискренне. Садитесь, пожалуйста.

Она не опустилась в кресло справа от меня, а скорее утонула в нем. Выбрав кресло, стоявшее под углом к креслу миссис Блаунт, я повернулся к ней лицом. Салли осталась стоять.

– Ваша дочь спросила меня, о чем я буду с вами говорить, и я ответил, что не знаю, – начал я. – Она наняла Ниро Вулфа для расследования одного дела, а я работаю на Ниро Вулфа. Если я вам что-нибудь и расскажу, то исключительно с согласия вашей дочери. Ведь она наш клиент.

У миссис Блаунт были карие глаза, как и у дочери, но не такие большие.

– Вы частный детектив, – заметила мисс Блаунт.

– Все верно.

– Абсурд. – Она покачала головой. – Частный детектив заявляет мне, что моя дочь является его клиентом и он может говорить только с ее согласия. Полный абсурд! Мой муж сидит в тюрьме по обвинению в убийстве. У него есть свой адвокат. Хороший адвокат. Моя дочь не вправе нанимать частного адвоката без его согласия. Я уже говорила ей. А теперь скажите ей сами. Это… неправильно. Да? Наверняка неправильно.

Я рассматривал миссис Блаунт, делая скидку на ее состояние. Когда все мужчины жаждали ее общества (по словам Салли) и когда она с первого взгляда околдовала Лона Коэна, обстоятельства были несколько иными. Приняв во внимание напряжение последних десяти дней, отразившееся на внешности миссис Блаунт, я в результате пришел к выводу, что тоже не отказался бы получить удовольствие от ее общества. Я подозревал, что она обладает качеством, притягивающим троих мужчин из пяти: сама того не подозревая, она дарила им ощущение, будто ничего не понимает, но все знает. Редкий дар. Однажды я был знаком с шестидесятилетней женщиной, которая… Впрочем, миссис Блаунт задала мне вопрос. А до шестидесяти ей еще далеко.

– Это зависит от обстоятельств, – ответил я.