Шаг в сторону одного, резкая смена направления, бросок… И тесак, со свистом рассекая воздух, чавкает, снося кусок мутировавшей челюсти. Я присел, увернувшись от лапы, и вторым тесаком, перерубил монстру ступню почти под самый корень.

Кувырком ушел в сторону, и опять был готов атаковать, наслаждаясь тем, как прыгун встает и, шатаясь, падает снова."

"— Допрыгался? — я опять хрустнул шеей, по спине прошла какая-то ломота, показалось, что начинает знобить.

Вместо подранка ответил его напарник. Бросился на меня с такой скоростью, что его движения казались размытыми. Я отскочил, отмахнулся тесаком практически не глядя, но что-то задел. И пока прыгун разворачивался, я метнулся к одноногому — он все еще пытался встать и найти опору, и совсем как человек оперся лапой о стену. Ее я ему и перерубил — хоть не съем, но понадкусываю. Снова пришлось уходить от броска и в этот раз я уже не успел.

Удар пришелся в бронежилет, когти разорвали нашивку PRESS, ощутимо пробило по ребрам, но насквозь пробить бронепанель не смогли. Меня отбросило к двери, я захрипел, пытаясь отползти к стене, и подняться. Обрубок полз в мою сторону, цепляясь за трупы шаркунов и проталкивая себя вперед. А второй готовился к прыжку.

За спиной отчетливо слышались голоса, ворчливая ругать и шум разбираемых баррикад. Понимая, что встать я уже не успеваю, я выставил один тесак перед собой, замахиваясь вторым. Вдруг за спиной скрипнула дверь и прямо над головой раздался выстрел. Меня будто в ухо прикладом ударили, я только и смог, что рот открыть в беззвучном крике.

Кто-то ухватил меня за рюкзак и потянул внутрь комнаты. И как только ботинки пересекли порог, дверь захлопнулась.

Я как сидел, так и рухнул на спину. В поле зрения появилось три головы — чумазые, бледные, уставшие, но очень довольные — сестра, Астрид и Леонидыч. Как рыбки, открывали рты, наверное, что-то говорили, но у меня будто турбина в ушах гудела.

— Привет, сестренка, — я попробовал улыбнуться, но боль в груди помешала, и я закашлялся.

— Что с тобой, придурок? Ты весь в крови, — все слышалось, как сквозь вату, но теплые, хоть и с налетом обиды, нотки в голосе сестры я почувствовал.

— Мопед не мой, помогите встать, — очень хотелось обнять сестру, поговорить, да и непросто поговорить, а трындеть несколько часов, слушая и рассказывая про наши приключения, но в другой раз, видимо, лодка уйдет, да и не в кондиции я, чтобы обнимашки устраивать, — Сколько времени?

Леонидыч помог подняться, крепко сжал плечо, вкладывая в этот жест и благодарность, и радость, и облегчение. Астрид же, наоборот, чуть отошла. Пристально смотрела на меня таким взглядом, будто сейчас заплачет. Тоже мне снежная королева, тут принц спасать приехал, а она ищет, к чему придраться.