Ваше письмо мне сказало всё, и я думаю, будет лучше, если мы уже сейчас станем вести себя друг с другом так же, как в не столь давний день, ставший самым ужасным и самым счастливым в моей до того пустой и размеренной жизни. Тогда о моем выборе и моей просьбе знали трое, о пристрастии же герцога Алва к живым цветам знал лишь он сам. Эти обстоятельства спасли мне жизнь и подарили дружбу, которая со временем может перерасти в счастье для меня и удачу для Ургота, но сейчас мне грустно. Если у Вас была недостижимая мечта, Вы меня поймете, если нет – поверите. Я никогда не забуду превращения оскорбительной горести, с которой успела смириться, в неимоверное огненное счастье, но подобное случается, если случается, лишь раз в жизни.

Мне удалось это испытать, что ж, я счастливее многих.

Мой отец несказанно доволен предложениями, доведенными до его сведения графом Рафиано, а я выразила должное восхищение алвасетскими сапфирами и особенно книгами на кэналлийском, которые вряд ли стану когда-нибудь переводить. Да, о моем намерении Вам написать папа осведомлен, но читать мое послание он не станет, полагая, что его наследница не доверит бумаге ничего недозволительного, и это так и есть.

Вы достойны полного доверия, а вероятность того, что это письмо попадет в чужие руки, столь ничтожно мала, что я ей пренебрегаю. Если кто-то откроет первый футляр и останется при этом жив, он найдет всего лишь мою благодарность герцогу Алва, заверения в неизменном к нему расположении и ноты."

"Маэстро Гроссфихтенбаум по моей просьбе сочинил сонату, которую я про себя называю «Прощание», однако на рукописи написано «Послание далекому другу». Поскольку празднеств нам с Вами не избежать, я хочу получить согласие на заказ музыки к нашей с Вами свадебной мистерии, а для этого нужно выбрать сюжет.

Мое внимание привлекла одна не самая известная легенда, но я Вам сейчас ее не назову. Пусть мне и предстоит через два или три десятка лет стать правящей герцогиней, я не могу начинать нашу совместную жизнь с того, что навяжу Вам свое мнение; кроме того, мне хотелось бы понять степень нашей созвучности. Отчего-то мне кажется, что Вы решите эту маленькую загадку шутя, и еще мне кажется, Вам будет приятно получить привет от гостящей у нас госпожи Скварца, которая сохранила о Вас самые теплые воспоминания, пусть и была задета Вашим молчанием; впрочем, молчанием графа Лэкдеми она, как мне кажется, задета много сильнее, хоть и не сказала об этом ни единого слова.

Моя сестра, которой в самом недалеком будущем предстоит сочетаться браком с наследником юной фельпской короны, чем и был вызван визит госпожи Скварца, проявляет достойное обитающих в нашем парке белок любопытство и расспрашивает нашу гостью в том числе и о ее нареченном.