Судя по словам дежурного, до появления на рабочем месте начальника тюрьмы осталось чуть больше часа. До тех пор никаких вопросов не возникнет. Эдди должен просто убивать время с Тео, не внушая подозрений в поступке более серьезном, чем ошибка в документе.

«Успокойся, Роза. Мы справимся».

Пока мы ждали, Лисса погрузила «кормильца» Брэдли в глубокий сон. Нам не нужны были свидетели, даже находящиеся под кайфом. Также я слегка повернула камеру, чтобы большая часть комнаты оказалась вне поля ее зрения. Естественно, прежде чем покинуть тюрьму, мы должны будем поработать со всей ее системой видеонаблюдения, однако на данный момент требовалось лишь, чтобы сидящие у экранов караульные не заметили того, что вот-вот произойдет.

Я едва успела зайти в одну из кабинок, как дверь открылась. Лисса оставалась в своем кресле рядом со столом Нортвуда, чтобы держать его под контролем. Мы проинформировали его, что «кормильцем» буду я. Находясь в кабинке, я могла видеть происходящее лишь глазами Лиссы: вошли два стража и… Виктор Дашков.

Его вид всколыхнул в ее душе ту же боль, которую она испытывала на судебном процессе. Сердце заколотилось чаще, руки у нее задрожали. Ведь там, на суде, ей помогло успокоиться лишь заверение, что Виктор навсегда останется за решеткой и никогда больше не сможет причинить ей вреда.

А теперь мы сами готовы разрушить единственную гарантию своего спокойствия.

С огромным усилием Лисса загнала страх поглубже, чтобы он не мешал ей контролировать Нортвуда. Конвоиры Виктора выглядели суровыми и готовыми к действию, хотя фактически нужды в этом не было. Болезнь, подтачивающая преступника на протяжении многих лет – та, от которой Лисса исцелила его, но лишь временно, – теперь снова делала свою разрушительную работу. Недостаток движения и свежего воздуха тоже внесли свою лепту – как и то, что заключенных снабжали кровью лишь в ограниченном количестве. В качестве дополнительной меры предосторожности на него надели кандалы, и их тяжесть тянула его к полу, заставляя шаркать ногами.

Нортвуд указал на меня.

– Вон туда.

Стражи провели Виктора мимо Лиссы, по которой он лишь скользнул взглядом. Это тоже было результатом магии принуждения, так что теперь ей приходилось контролировать не только Нортвуда, но и Виктора. Стражи усадили его в кресло рядом со мной и отступили, но не спускали с него взгляда. Один из них заговорил с Нортвудом: дескать, что мы новенькие и совсем юные. Если бы мне когда-нибудь пришлось проделывать все это снова, я попросила бы Лиссу создать иллюзию, будто мы постарше.

Усевшись рядом со мной, Виктор наклонился вперед и открыл рот.