Даже если бы они хоть на секунду могли предположить, что я опасна, мое нападение было настолько внезапным, что они просто не успели среагировать. Я отчасти даже почувствовала угрызения совести из-за того, что поступаю с ними так нечестно.

Одного я с силой отбросила, и он врезался в стену рядом с Лиссой, которая тем временем принуждала Нортвуда сохранять спокойствие и никому не звонить, несмотря на воцарившийся хаос. У второго стража было чуть больше времени, но и ему требовалось переключиться с Виктора на меня. Я успела нанести ему удар, и мы сцепились. Он был крупный, сильный и, разглядев во мне врага, не сдерживал себя. От удара в плечо руку прошило болью, и я ответила ударом коленом в живот. Его напарник успел подняться и устремился к нам. Нужно было закругляться как можно быстрее, не только ради самой себя, но и потому, что они, без сомнения, вызовут подмогу, если дать им шанс сделать это.

Я схватила того, что был ближе ко мне, и изо всех сил ткнула головой в стену. Он ошеломленно зашатался, я проделала то же самое снова, и он без сознания рухнул на пол. Мне было ужасно неприятно делать это, но благодаря своей немалой практике я понимала, что временно вывести из строя – гораздо меньшее зло, чем убить. Как я надеялась, он отделается головной болью. Второй страж между тем уже подобрался ко мне и был настроен очень решительно. Мы кружили друг перед другом, обмениваясь выпадами.

– Я не могу нокаутировать и его! – крикнула я Лиссе. – Он нам понадобится. Постарайся взять его под контроль.

Ее ответ я ощутила благодаря нашей связи. Она могла влиять на поведение сразу двоих, но это требовало много сил. До конца нашего предприятия было еще далеко, и она не хотела рисковать растратить все силы и слишком рано стать бесполезной. Страх в ее душе сменился ощущением возможного провала.

– Нортвуд, спать! – приказала она. – Прямо здесь, за столом! Ты измотан и проспишь несколько часов.

Краем глаза я увидела, как Нортвуд обмяк; его голова с глухим стуком ударилась о стол. Когда мы уберемся отсюда, у всех, кто с нами столкнулся, останется на память сотрясение мозга. Я всей тяжестью навалилась на стража, выталкивая туда, где Лисса могла его увидеть. Она, в свою очередь, устремилась к нам. Он бросил на нее удивленный взгляд – и это все, что ей требовалось.

– Прекрати!

Он среагировал не так быстро, как Нортвуд – сопротивляемость у этого парня была повыше, – но, во всяком случае, заколебался.

– Прекрати сражаться! – собрав волю в кулак, повторила она.

Несмотря на всю свою силу, противостоять такому выбросу энергии духа он не мог и послушно уронил руки. Я отступила, восстанавливая дыхание и поправляя сползший парик.

– Мне будет трудно его контролировать, – предупредила Лисса.