— Значит торговлишка сие, в обход мыта.

— Отец дела вел. Со мной поговорили. Но опасаются.

— А чего опасаются?

— Там кровь скрепляла слово. А я лишь его наследник. С иными и о том говорить не станут. Ибо легко оказаться мертвым. Жадность, Агафон, она творит настоящие чудеса.

— То верно, — криво усмехнулся Агафон.

— В общем — не спеши. Если все утрясется — поговорим. Деньги они тишину и покой любят. А весь этот шум…

— Я понимаю, — вполне искренне ответил Агафон. — А что Афансию скажем? Этот клещ ведь не отстанет.

— По весне у меня, может быть, другой товар появится. Сахар.

Но это не точно. Сам понимаешь, ныне к Туле слишком много внимания. Совершенно лишнего в наших делах.

— Понимаю…

Глава 2

1553 год, 27 августа, поместье Андрея на реке Шат— Ты это чего удумал? — спросил Петр, наблюдая за тем, как Андрей, подняв бобылей, погнал их на общественные работы.

— Да вот — жду гостей, — ехидно улыбнувшись, ответил парень.

— Каких еще гостей?

— Как каких? Татар…

— И как это все станет защищать от них? — махнул он рукой.

— Ты же помнишь, что сбежал коневод. Так?

— Так.

— А значит он все видел. И без сомнения приметил кто пал в первую очередь.

А ими были те воины. Мы ведь с дядькой Кондратом их первыми выбили. Посему, мню, передаст. И более они так поступать не станут.

— А как станут? — заинтересовался Петр, которому рассуждения парня показались интересными. Строго говоря, судя по его выражению лица, он и так и все понял, но решил поддержать эту игру в беседу и дать возможность парню самоутвердиться немного.

— Они, я думаю, станут крутится шагах в десяти-тридцати от стены. Если дальше — не попасть. А ближе — ров. Крутится, чтобы их самих сложнее оказалось выбить.

И в свою очередь пускать стрелы по бойницам. Да и прием со щитами, мню, они попробуют повторить.

— А колья зачем?

— Они вот как вбиваются? Чтобы из травы не торчали, выступая из земли на ладонь, но сидели крепко. Если за такой колышек лошадь копытом зацепиться, то что с ней случится?

— Ничего хорошего, — кивнул Петр."

"— Вот! И всадник полетит кубарем с нее. И может, если повезет, на такой же колышек насадиться. Но то не обязательно. Мда. Я еще хочу внешний край рва обрезать и сделав отвесным, подперев от осыпания бревнами. А на дно, куда спрыгивать станут, вбить колышков малых, заостренных сверху, прикрыв их взрыхленным сеном.

— А… — хотел было возразить Петр, но захлопнул рот, после чего улыбнулся. — Дельно. Это что же? Они станут спрыгивать вниз прямо на эти колышки сами?

— А кто не захочет, того свои же со спины подтолкнут.

— Ну что, дело это доброе. Займемся?

— Этим Илья с сыном займется. Поначалу. А потом и мы все.

— А мы чем займемся?

— А мы промеж тех колышков в предполье, что бобыли ставят, станем ямки копать. Кусок дерна вырубать. Поднимать.