"

"— Торговлишку что ли хотел сладить? — усмехнулся Андрей. — Пока они меня в Москву не увезли?

— Вот не веришь ты мне. А зря. Ты же мне как сын родный.

— Это чего?

— А как зятя с племянником вызволил, да брать за то ничего не стал — так и поменялось многое. Я ведь не шутил. Кровью родичей не шутят.

— Ну если так… — задумчиво ответил Андрей. — Но торговлишку все одно, решил не откладывать?

— А готовы ли у тебя товары?

— Масла светильного чуть за полбочки, — улыбнулся Андрей.

— СКОЛЬКО?! — поперхнулся Агафон.

— Я тебе под честное слово его передам. Сколько сможешь — сейчас заплатишь.

Остальное или по моему возвращению, или, если со мной что случиться — супруге моей передашь. Ну что, сговорились о том?

— Как есть сговорились! — радостно воскликнул Агафон и протянул руку. Андрей пожал ее прилюдно. И все вокруг засуетились. Нужно было спешить. Мало ли десятник уже выехал? Встретится с ним в пути очень не хотелось. Вряд ли он вдоль реки поедет. Если на конях, то есть путь и покороче. Поэтому прошмыгнуть в Тулу, разминувшись с ним, у Агафона все шансы имелись.

Сено спешно выгружали с больших решеток, поставленных на лодки.

Из-за чего те со стороны выглядели как плавающие стога. Не очень высокие. Не очень остойчивые. Но довезли. И не сильно оно отсырело при этом. Оставалось лишь немного подсушить, раскидав перед крепостью. А потом убрать в сарай.

Зерна он тоже привез, в том числе овса для лошадей. И иного корма. Одежды зимней. И прочего, что Андрей просил. Но все равно, не покрыл этим и пятой части, передаваемого ему «светильного масла», даже с учетом той бросовой цены о которой еще весной сговорились.

Сам же Агафон, улучил момент и отведя парня в сторонку, спросил:

— Только масло сие светильное продаешь ныне?

— Сам же говоришь какая беда приключилась.

Мню, нужно выждать. Если обойдется, то и не только масло.

Купец вдумчиво огляделся, примечая — не подслушивает ли их кто, а потом наклонившись прямо над ухом, уточнил:

— Сколько той краски?

— Не спеши.

— Я же должен знать, сколько денег собирать.

— Друг мой, — наклонился ему на самое ухо Андрей, — нам бы сейчас особо не привлекать к себе внимания. А то не ровен час на дыбе окажемся. Будем рядом висеть, раскачиваться и вообще очень весело время проводить.

А добрые люди станут нам в зад раскаленным прутом тыкать. Не спеши. Я говорил осенью — значит осенью.

— Значит она будет?

— Афанасий, я полагаю, знает?

— С чего ты взял?

— А с чего он обо мне печется? — ухмыльнулся Андрей. — Царь не митрополит. Держава одна, а кормушки разные.

— Грубо.

— Зато честно. Помозгуй пока над тем, откуда краска может взяться.

— А много ли ее?

— Это будет зависеть от цены. Больше дешевой не будет. Сам понимаешь, в убыток люди работать не станут.