Из-под него одну-две лопаты земли вытаскивать. И укладывать его обратно. Чтобы трава и дальше росла.

— Ямки? Для конских копыт?

— Именно. Хотя по такому предполью, даже ежели пешком кто побежит, тоже мог неслабо изувечиться. Поэтому нужно не забыть его как-то отметить что ли, предполье это. Цветочки по краю высадить или еще чего.

— Ты ведь понимаешь, что колышки эти на лето, край на два?

— А нам пока дальше заглядывать и нет смысла. Или ты ведаешь, что нас ждет в будущем году? Али через год?

— Ну нет так нет, — развел руками Петр. Улыбнулся и взял лопату.

И уже спустя какие-то десять минут практически все мужчины поместья занялись полевыми работами.

За исключением одноногого плотника Игната, который вместе с бабами и частью детей занимался который день возведением скелетной башенки над колодцем. Скелетной, то есть, набранной из ферм, в данном случае деревянных.

Перед этим Андрей больше пяти часов потратил на то, чтобы объяснить Игнату идею ферменных конструкций. Но все тщетно. Он попросту его не понимал. Не хватало кругозора и образования. Что вынудило нашего героя в конце концов слепить модель из веточек и ниток.

И уже на ней объяснять, что он хочет.

Игнат согласно кивал. Дескать, не сомневайся, сделаем. Хотя что такое ферма так и не осознал. Да и зачем ему? Ну захотел молодой дурень диковинку себе слепить? Значит сделает. Ему какая разница? А развалиться, так не с него спрос. Что дурья башка заказывала, то и получила. Он ведь у кого на службе? Вот. Так что с него, как с плотника-профессионала спроса нет — барские капризы удовлетворял. А там и не такое бывает.

Цель башенки проста — в нее при атаке должны были набиваться женщины и дети.

Ну и отстреливаться из самострелов. Просто последствия столкновения с «убитыми» татарами оказались очень печальными… И кроме определенного инструктажа требовалось как-то это компенсировать технически. На случай, если те прорвутся внутрь крепости. Ведь резню они могли устроить дикую. А тут — забрались по лесенке наверх. Лесенку за собой втянули. И отстреливайся потихоньку…

— Милая, — произнес Андрей во время обеденного «перекура», заводя Марфу в землянку, чтобы пообщаться с ней наедине, — скоро я уеду и… возможно не вернусь.

— Ты хочешь меня бросить? Решил один сбежать?

— Ты дура?

— А что тогда? Ну, подумаешь? Съездишь к царю. И что? От этого не умирают.

— Ты сама-то слышишь, что говоришь?

— А что я говорю?

— Ты в курсе, какие слухи обо мне ходят?

— Волколак, ведун и характерник, — невозмутимо ответила Марфа. — Да тут про половину успешные людей что-то подобное болтают.

— Ты разве не понимаешь, насколько это опасно?

— Да чем опасно то?

— Да твою же мать! — рявкнул Андрей, которого его супруга начинала бесить.