— Ты забываешь, что есть ещё твой брат, — криво усмехается Луиза. — Теперь я знаю, как не ждать годами, и он подойдёт к проклятию очень быстро.

— Она не сможет меня убить, — продолжаю говорить я. Нужно нести любую чушь, лишь бы отвадить Луизу от навязчивой идеи использовать Лию в своём плане. — Как ты сама заметила, она слишком влюблена.

— Думаешь, не сумеет? — нарочито обеспокоенно спрашивает Луиза, прижимая ладони к щекам. — Ах, и как же я не раньше не сообразила: ей просто нужен повод ненавидеть тебя так же сильно, как и любить. Но постой… кажется, он у неё есть.

Слушать её безумный бред становится всё сложнее, а когда она разражается приступом истерического хохота, то становится похожа на карикатурную злодейку из театральных постановок. Хорошо хоть Тень ослабляет хватку, давая возможность восстановить дыхание.

— О чём ты? — откашлявшись, спрашиваю я. Этот разговор порядком утомляет, как и подвешенное состояние тела. Пусть Луиза уже позлорадствует всласть и убирается, дав время подумать в одиночестве.

— Ты же не знаешь! — радостно улыбается девушка, подходя совсем близко. Она прижимается к моей груди, ласково проводит пальцем по щеке. — Какая я растяпа, совсем забыла сказать: Лия думает, что мы с тобой близки. Очень близки, понимаешь?

В голове словно сходятся кусочки мозаики. Так вот каких слов ждала от него Лия там, в холле дворца! Тут же становится понятно, почему она сбежала к Катарине не сразу, а только через два дня после стычки с Илоной. Всё это время она думала, что предана им не только с Тенью, но и с Луизой. Острая боль, не имевшая отношения к магии, пронзает сердце.

— Ты врёшь, — машинально говорю я, отрицая ужас развернувшейся картины. — Никто на всём свете не рассказал бы ей подобную нелепицу.

— Ну а я её сочинила. — Луиза привстаёт на цыпочки и целует меня в уголок губ. По телу пробегает дрожь отвращения. Каждое её прикосновение похоже на объятия змеи, готовящейся в следующий миг поглотить свою жертву. — Думаешь, я просто так таскалась к тебе три дня подряд? Да все слуги во дворце только и говорят о том, как мы развлекаемся в твоей кровати. Им же даже своими глазами видеть ничего не надо, достаточно растрёпанной причёски, мятого платья и смазанной помады.

— Какая ты дрянь…

— Я бы назвала это находчивостью, — самодовольно улыбается Луиза. — Кажется, Лию больше всего расстроило, что ты взял меня в свою спальню на второе утро после Харского поля. Она чуть в обморок не упала, когда это услышала. Признавайся, у вас что-то было?

— Пойди прочь.

— Я-то уйду. — Тон Луизы меняется на презрительно-холодный. — Но ты хорошенько подумай, как защитить свою ненаглядную. Лия должна вонзить кинжал тебе в сердце, и, если выживет в ритуале, я дам ей свободу. Жизнь за жизнь, всё просто.