— Ты планируешь носить с этой обувью?

Поднимаю глаза, обманывая себя еще и в том, что готова выдерживать такое явное внимание. На самом деле, нет. Хватает меня ненадолго.

Близость Айдара, его расширенные зрачки, явно видная фактура кожи и ощутимое тепло становятся катализаторами химической реакции в моем организме. Я недопустимо сильно волнуюсь. Спускаюсь от глаз к переносице. Дальше — к губам.

— По настроению.

Айдар пожимает плечами. Я оставляю при себе: ты вообще их носить не собираешься, я же знаю, что делаешь.

Но вслух прошу:

— Тогда обувь лучше снять, — делая еще одну отчаянную попытку выдержать зрительный контакт.

Натягиваюсь струной и замираю. Сердце тормозит почти до полной остановки. А потом бьет о ребра и устремляется галопом прочь.

Это его реакция на снисходительную усмешку.

Ясно. Меряем так.

Сама шагаю ближе. Берусь за петли для ремня и сажаю брюки так, как нужно для примерки. У меня давно нет никаких проблем с прикосновениями к посторонним людям, но от касания к Айдару бьет током. Настоящим тоже.

Брюки — стеклянная синтетика. Я стряхиваю пострадавшую от ощутимого разряда кисть и смотрю на бывшего мужа зло.

— Где ты их нашел вообще? Кривые. Искусственные…

Готова ли я услышать: «да мне похуй, я чисто над тобой поиздеваться…»? Вряд ли. Но в глазах все равно читаю это.

— Мог и из жалости взять. Есть такая слабость…

Ответ Айдара пробивается сквозь плотную вату моей самозащиты и, наверное, именно она смягчает убийственный удар.

Щеки нагреваются сильнее. Я глотаю обиду. Возвращаюсь к брюка и все же ровняю их, нсколько это в моих силах, чтобы хотя бы как-то померить.

Мне до отчаянья страшно из-за мысли, что теперь вот так будет всю мою жизнь. Он будет врываться с унижениями. Я привыкну их впитывать. Рано или поздно осознаю, что только из них и состою.

Меня есть, за что презирать, но неужели в памяти не осталось ничего хорошего? Неужели все тепло сгорело на том, устроенном даже не нами, пожарище?

— Есть пожелания по длине? — выталкиваю из себя слова силой. Цепляюсь за мантру: ты — профессионал, Айлин. Он — клиент. Десять минут и он уедет. Заберет, когда тебя в ателье не будет.

— Сделай так, как я ношу.

Это не звучит как «пожелание». А приказ исполнять не хочется. В очередной раз замираю. Упираюсь взглядом в мужское плечо. Калю нервы под звуки ровного дыхания. Взгляд Айдара снова жжет щеку. Едет ниже по шее. Ныряет в вырез блузки. Я всё это чувствую. Реагирую не так, как хотелось бы. К сожалению, не отвращением и безразличием.

Мне бы отплатить мужу той же монетой. Тоже хотя бы в чем-то прогнуть. Заставить разуться и встать на примерочную тумбу. Но я не умею мстить.

Поэтому приседаю сама. Ужасно жалею о выборе блузки.