Совсем. Никаких. Свет гаснет. Но и во тьме чувствую себя на высшем уровне. Улетаю. Взлетаю. Падаю. Краем сознания опасаюсь за самолет. А не разнесем ли мы его такими темпами?

Возвращаюсь в сознание, когда поток семени бьет внутрь. Заполняет мое тело горячими струями.

— Амир, — бормочу испуганно. — Я не приняла таблетки. Черт, я совсем забыла…

— Отлично, — отвечает невозмутимо, крепче сжимает меня в жарких объятьях. — Они больше не нужны.

— В смысле? — сглатываю.

— Давно пора заделать наследника, — выдает ровно.

— Как, — запинаюсь. — Как ты себе это представляешь?

— Будешь рожать по сыну в год, — заключает твердо, будто ставит в известность про свершившийся факт. — Примерно так.

— Ты шутишь?

Он ничего не отвечает, отстраняет, усаживается и располагает меня между своими широко раздвинутыми ногами, притягивает за волосы к паху.

— Вперед, — приказывает хрипло. — Выполняй обещание.

Хлопаю ресницами. Закусываю губу.

— Заставь меня, — выпаливаю с вызовом.

Самолет удерживает баланс только чудом. А еще очень радует тот факт, что на борту есть комфортабельная душевая кабина, где мы продолжаем творить абсолютный беспредел. Раз за разом. Сильнее. Глубже. Порочный круг. До хрипов, до судорог, до кровавых царапин по всему телу.

Бешеные животные. Одуревшие. Вечно голодные, жадные друг до друга.

— Стоп, — заявляю, когда мы покидаем замкнутое пространство и ступаем на землю, покидаем борт. — А что это за место?

— Не узнаешь? — усмехается Амир.

— Н-не совсем, — выдаю на автомате.

Аэропорт выглядит знакомым. До боли. И я не настолько часто путешествую, чтобы сильно путаться.

— Австрия, — говорю наконец. — Вена.

— Угадала, — успевает вовремя подхватить меня на руки, потому как ноги не держат, колени сами собой подгибаются. — Мы кое-что не закончили.

+++

Кружусь вокруг собственной оси. Изучаю окружающее великолепие, теряюсь в ослепительном сиянии хрустальных люстр, растворяюсь в отблесках зеркал.

Арки из цветов. Розы. Орхидеи. Чего здесь только нет. Полный комплект.

Краткий миг осознания. Восторг сменяется удивлением.

— Амир, — сжимаю его ладонь. — Почему здесь никого нет?

— А кто тебе еще нужен? — изумленно выгибает брови.

— Венская опера, — выдыхаю. — Без единого гостя. Без сотрудников. Тут реально ни души. Только мы. Разве не подозрительно?

— Нормально, — отмахивается. — Было бы странно увидеть здесь толкотню из левых людей. Я же оплатил аренду на ночь.

— Что? — не верю своим ушам. — Аренду?

— Типа того, — кивает. — Снял это место.

— Не думаю, что Венскую оперу можно снять, — произношу осторожно, продолжаю оглядываться.

— Ну видишь, — обводит пространство выразительным взглядом. — Можно. Было бы желание.

— Но зачем? — поражаюсь.