Я вернулась в нашу с Норри комнатку, разобрала вещи, натянула на ноги любимые теплые носочки — и будто не уезжала! Правда, теперь моя половина шкафа забита под завязку платьями, накидками, шерстяными и шелковыми чулками. На полке у двери выстроилось несколько пар обуви. Вероятно, мама думает, что ее дочь сороконожка? Но переубедить ее в том, что мне не нужно столько вещей, не удалось. Мама пришла в такой ужас от коричневого платья, в котором папа привез меня домой, что немедленно велела сжечь его в печи.

Норри не ожидала меня увидеть. Я не стала предупреждать подругу о возвращении, чтобы сделать сюрприз, и он удался на славу! Открылась дверь — Норр вернулась с занятий.

— Ку-ку! — заорала я, выпрыгивая из угла.

Моя дорогая гоблинка сначала огрела меня книгой, которую несла в руках, по голове, и лишь потом разглядела, что я не очередной неудавшийся эксперимент, сбежавший от кукловодов, а ее подруга.

— Рози! Дурында! Я же тебя чуть не прибила!

— Да уж, — проворчала я, потирая ушибленный лоб.

Мы проговорили два часа кряду, выпив одну за другой по три чашки ягодного взвара. Я показала Норри колечко на безымянном пальце с чистейшим крупным сапфиром — обручальное кольцо рода Ви’Тан. Мой любимый дракон специально летал за ним в родовой замок на следующий день после помолвки, чтобы все было по правилам. Теперь нашу помолвку никто не оспорит.

— Главное, не забывай вовремя давать ему тумака! — пробурчала Норри: она все еще немножко злилась на Рона.

Скоро явился и сам драконище. Хотел присоединиться к посиделкам, но мы замахали на него:

— Иди-иди, у нас девичник!

— О, как! — удивился он и хитро добавил. — А я хотел за печеньками сгонять.

— Пече-еньки… Ладно, иди и возвращайся. Хотя. Стой!

Рон с готовностью развернулся в дверях.

— Вскипяти чайничек сначала, а то остыл!

Это был отличный день! А завтра я возвращаюсь на занятия. Сходила в библиотеку, забрала учебники. Я многое пропустила, придется нагонять. Хорошо, что не придется одной корпеть над учебниками — Рон поможет подготовиться.

Когда я шла по кампусу в новой накидке на соболином меху, в высоких зимних сапожках на высоком каблуке, случайно столкнулась с Рутой. За ней, как всегда, тащился хвост из поклонников. Один нес сумку с книгами, другой кулек с сухофруктами и орешками, третий натужно пытался смешить нашу самоназначенную королеву красоты. Шурр, а именно он тащил сладости, увидел меня и споткнулся.

— Ро…зи? — недоверчиво спросил он.

— Розали Ви’Лар, если быть точной.

Я изобразила холодную, но учтивую улыбку, трясясь от внутреннего смеха: такое вытянутое лицо сделалось у моей бывшей соседки по комнате.

— Можешь звать меня просто — герцогиня!

И гордо удалилась. Эх, забыла сказать, что Рон — мой жених.