Во всем, что она говорила или делала, была какая-то удивительная, успокоительная уверенность. Должно быть, она и вправду была хорошей учительницей. Наверное, дети ей доверяли полностью, как Иван, для которого ее слово было истиной в последней инстанции.

Степан улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ, грея руки о свою глиняную кружку.

— Кстати, у нас есть собственное отопление, — сообщил Степан, — будете замерзать, включите. Показать?

Он показал ей, как включается калорифер, и ушел, так и не дождавшись Иванова пробуждения.

Невесть откуда взявшаяся лужица перед подъездом была затянута хрустким льдом, а трава серебрилась чем-то подозрительно похожим на снег или по крайней мере иней.

На крыше машины толстым слоем лежал ночной заморозок, и на капоте были белые длинные языки.

Стуча зубами от холода, Степан втиснулся в выстуженный салон и первым делом включил печку.

Вот она, весна-красна.

Вот она, всегдашняя подлость окружающего мира и жизни вообще. Только поверишь во что-то — в тепло, в женщину, в весну, — тут и стрясется что-нибудь вроде этого заморозка Хорошо, если только снегом дело кончится.

Не кончилось бы померзшими бурыми листьями и черными клочьями побитой морозом травы.

Удивляясь собственным философским настроениям, посетившим его с утра пораньше, — в морозе, что ли, дело? — Степан вырулил из своего переулка и поехал на Дмитровку.

Значит, так. Об Ингеборге думать он не будет, а будет думать о Муркине.

Саша, которой в ночь убийства Муркин назначил свидание с целью отъема денег, видела на стройке его, Степанову, машину. Вряд ли она ошибается. Пусть Чернов с Беловым утешаются историями о том, что в городе полно других джипов с неработающими тормозными фонарями.

Другим джипам нет никакого дела до их стройки."

"Сам он на стройку в ту ночь не ездил, это он знал совершенно точно. Значит, на его машине поехал кто-то другой. Вывод, конечно, вполне логичный, но не дающий ответов ни на один вопрос.

У кого могли быть ключи от его машины?

Да у кого угодно. Сто раз он давал ключи ребятам из охраны, чтобы они отогнали или переставили его машину. Сто раз на этой машине его подвозили домой с вечеринок более трезвые сотрудники.

Чернов как-то ездил на ней в «Дюпон», потому что его собственная машина была в ремонте. Саша прошлой зимой таскалась на ней в «Тойота-центр» и полдня простояла там в очереди на замену резины. Белов, кажется, тоже на ней куда-то ездил, а Степан почему-то ездил на его спортивном, длинном и совершенно непригодном для жизни на московских дорогах «БМВ».

Он даже представить себе не мог, где могут быть запасные ключи от его машины и существуют ли они до сих пор в природе.