– Ты сравниваешь меня с игрушкой? – Я была так поражена, что едва не начала заикаться, а импульсивно произнесенными словами лишь укрепила ее уверенность в том, что я и Джефри вместе.

Дорис улыбнулась, когда поняла, что поймала меня, она легко кивнула, откладывая в сторону солнцезащитные очки и проводя рукой по своим блестящим волосам.

– Если мы говорим о Джефри, то да.

Нет. Совершенно ясно, что Дорис просто еще одна змея на моем пути. Я не понимала, материнская ревность это или личная неприязнь ко мне, но я не собиралась верить ее словам. Она говорит это специально.

– Не знаю, чего ты пытаешься добиться, затеяв этот разговор, но тебе не вывести меня из равновесия, – стараясь казаться безразличной, сказала я.

– Не вывести? Я уже вывела. И это заметно по покрасневшим от ярости кончикам твоих ушей и пятнам на шее. Тебе не понравились мои слова, ведь ты понимаешь, что я права, – снисходительным тоном ответила она. – Послушай, я люблю своего сына, но я также знаю его лучше всех прочих. Джефри с самого детства был таким, машинка о которой он мечтал полгода, была заброшена через два часа. Сколько времени займет милая и недоступная куколка его брата?

Я сложила руки на груди, раздувая ноздри от ярости, что плескалась во мне.

Она всегда была такой, старалась вывести из равновесия всех окружающих. И я понимала, почему она так делает. Дорис просто стремилась напасть раньше, чем нападут на нее. Но со временем она так привыкла к этому, что теперь нападала на каждого без разбора, даже если он совсем не представлял для нее угрозы. Не могла же она, в самом деле, видеть эту угрозу во мне?

Я не стала ей отвечать, развернулась и молча зашагала к выходу.

– Но я определенно удивлена, как быстро ты переметнулась от одного Фостера к другому.

Хвалю. Хотя чего еще ожидать от дочери Оливера Эванса? – донесся до меня ее провокационный голос.

Я медленно обернулась. Слова, сорвавшиеся с губ Дорис, покалыванием прошлись по моему позвоночнику.

– Что ты имеешь в виду? – хмуря брови, спросила я.

– Да так, – отмахнулась Дорис, явно наслаждаясь моим замешательством, и ожидая, что я начну умолять ее ответить. Боже, как же я ненавидела эти чертовы недоговорки. Если ты сказала «а», будь добра сказать и «б».

– Что ты имеешь в виду? Почему это у нас семейное? – громко спросила ее я.

– Потому что у твоего отца втайне от матери был роман на стороне, – спокойно сказала Дорис.

Я часто заморгала, чувствуя как пространство вокруг меня темнеет.

– Это шутка?"

"– Думаешь, я стала бы шутить с таким?

Мое сердце стучало так громко, что я практически не слышала прочих шумов вокруг меня.

Господи.

Моя идеальная семья, никогда не была идеальной.

– И он собирался уйти от вас, но твоя мама знала, как его удержать, и забеременела.