Соски под тонкой тканью майки снова болезненно заныли, буквально взрываясь щекочущей болью от трения с тканью.

— Дай мне свой язык, — потребовал Тимур.

Раздвинул ее губы поцелуем, скользнул внутрь, прикасаясь к ее языку жалящим сладким поглаживанием собственного языка. Что-то металлическое теплое ударило по чувствительной коже.

Ася дернулась, с трудом дыша оторвалась от его рта.

— У тебя там пирсинг?

Тимур убийственно медленно улыбнулся и так же медленно выдвинул язык.

Почему это так заводит? Прицельно бьет по самому чувствительному место между ног, поднимает тягучие сладкие волны, скручивает и расслабляет одновременно.

— Больно? — Она бережно лизнула кожу вокруг теплого металла, жадно проглотила еще один рокочущий звук Тимура.

— Нет, маленькая, уже давно не больно. Рад, что любопытство делает тебя смелее.

— Я чувствую себя смелой сумасшедшей, — призналась Ася.

— Это лучшее, что ты могла сейчас сказать, Морковка, — выдохнул он, падая спиной на диван и увлекая ее за собой. — Хочу тебя зацеловать, чтобы губы болели.

Глава одиннадцатая: Тимур

Он бы мог перевернуться и оказаться сверху. Мгновенная смена позиции, которой Морковка просто не смогла бы противиться, даже если бы захотела. Но она все еще сомневалась в себе, боялась собственных желаний. И Тимур не собирался торопить ее настойчивой активностью. Хотя и хотел. Тело настолько быстро и охотно пришло в «боевое состояние», что сдерживать желание становилось не просто сложно, а почти невозможно. Контроль и терпение? Что за ересь?

Тимур непроизвольно толкнулся бедрами вверх. Казалось, напряженный член вот-вот разорвет тонкую ткань спортивных штанов и того короткого безобразия, которое едва прикрывало ее задницу. Но чуда не случилось — и сдерживаемое жадное желание Морковки не обхватило его всей своей горячей упругостью.

— Я уже говорил, что не кусаюсь, маленькая, — повторил он сказанные когда-то слова."

"Она, конечно, боится. Дрожит, как заяц. Но и хочет продолжить — Тимур безошибочно угадывал ее потребность поддаться собственному любопытству, попробовать что-то новое. За годы далеко не монашеского образа жизни, он достаточно хорошо научился разбираться в женщинах, чтобы видеть разницу между принуждением и сдержанностью. Если бы Морковка не хотела продолжить, она бы просто дала ему по морде, врезала бы по яйцам. Да просто послала по известному маршруту. У женщины есть масса способов дать понять, что секс с этим партнером ее не интересует. Да, на его территории Ася в некоторой степени заложница обстоятельств, и именно поэтому он пообещал не делать резких движений и полностью отдать инициативу в ее руки. Первый шаг сделан, но дальше пусть продолжает сама. Хорошо бы, конечно, как-то поактивнее, пока он просто окончательно не сдурел.