Я понимаю, если бы мы пили, дурака валяли, черт знает чем занимались, но все было в рамках приличий: кофе, шахматы, разговоры об искусстве.

– Вы знали о его проекте по восстановлению имения Лепниных?

Я нарочно задала этот вопрос прямо в лоб, без окольных путей. Мне была интересна реакция Петра Алексеевича. Ведь наверняка он знал о проекте, но Марте о нем ничего не сказал. Как он сможет это объяснить?

Его умению контролировать свои эмоции можно было позавидовать. Сначала он вскинул на меня глаза, перевел взгляд на Марту, утвердительно кивнул головой.

– Так вот в чем дело, – обреченно произнес Норбеков, – вы узнали больше, чем я вам сказал, и теперь считаете меня проходимцем? А я-то смотрю, Марта со мной как-то опасливо общается. Эх, девочки, девочки. Я и сам понял, что был неправ, все думал, как все рассказать и малодушным предателем в ваших глазах не выглядеть, а получилось даже хуже, чем я предполагал. Теперь вы меня вообще непонятно в чем подозреваете. Подозреваете, я прав?

Петр Алексеевич был из той же породы людей, что и мой Ариша: элегантный, подтянутый, не боящийся старости мужчина в возрасте.

Поэтому я испытывала крайнюю неловкость оттого, что будто обвиняла его в подлости.

– А почему вы сразу не рассказали Марте о проекте ее деда? – решила я расставить все точки над i.

– Трудно сказать, – медленно, словно с трудом подбирая слова, начал он, – сначала просто хотел разобраться, что представляет собой Марта. Потом, когда понял, что тебе это действительно надо, что лучше тебя никто не сможет продолжить дело Матвея, испугался. Как представил, что они и тебя… тоже… Страшно стало. Решил подождать, посмотреть, что будет.

Вот и переждал. Да, нам, старикам, за вами не угнаться. Вы пошустрее будете.

– И не надо гнаться, – пробурчала я себе под нос, – доверять нам надо.

– И вы совершенно правы, Эллочка, – назвал он меня именем, которым я ему представилась, – итак, я понимаю, что у вас ко мне есть вопросы? Задавайте. Или, если хотите, расскажите мне обо всем, что вам удалось узнать, а я расскажу, что знаю я. Таким образом мы и восполним пробелы в этой неприятной истории. Ну-с?

– Давайте начнем с вас, – набралась наглости я, – что вы знаете о наследстве, завещании, Ирине Волковой и адвокате Матвея Васильевича?

Петр Алексеевич начал свой рассказ, мы с Мартой обратились во внимание.

Многие факты были нам знакомы, но мы не вмешивались и старались не перебивать, боясь спутать линию повествования. Норбеков много рассказывал о восстановлении имения, сложностях, с которыми пришлось столкнуться Матвею Лепнину, борьбе с бюрократами и госчиновниками, волокитой с наймом рабочей силы, архитекторов, дизайнеров.