Даже думать не хотелось, что за игры ведут эти двое. У меня не было привычки вмешиваться в жизнь брата, но все же не хотелось, чтобы судьбы семьи Булацкого и нашей переплетались еще больше.

— Две минуты — и такая разница, — улыбнулась я, этой риторической фразой давая понять, что не буду комментировать прозвища, которые Саша и Соня дали друг другу. Марта Рафаиловна сохраняла невозмутимый вид, возясь с готовкой у плиты, а я вспомнила, что хотела ей помочь.

— Скажите, что вы хотите приготовить?

— Мяса! Много мяса. Сейчас достанем и быстро замаринуем.

Потом на мангале пожарим шашлык. Саш, не хотите с Соней заняться растопкой угля? — повернулась она к брату и кивнула в сторону беседки.

Я занервничала, ведь орудовать с мангалом брату было бы непросто, но он не подал вида, даже глазом не моргнул, а расспросил ее о технической стороне вопроса и спокойно покатил на выход. Еле сдерживаясь, чтобы не броситься следом, я топталась на месте. Хоть и знала, что на даче брат посильно помогает отцу, но все же не думала, что он справится сейчас. Марта Рафаиловна заметила мои колебания.

— Не надо мешать ему быть мужчиной, — посоветовала она тихо и направилась к Соне. — Душечка, тебя отвезти или сама?

— Вот еще, не буду я ему помогать, посижу тут с вами, — передернула эта вредина плечами, сама же высматривала в окно моего брата, который все не появлялся. Спустя тридцать секунд сорвалась с места. — Ладно, там спуск нехороший, плохо его видно. Поеду покажу…

— Детям нужно чувствовать себя нужными, — пояснила свои действия домработница, когда мы остались одни. Казалось весьма странным общаться с чужим человеком так запросто, словно мы знаем друг друга давно.

Но она располагала к себе, а я, никогда не видевшая ласки родной матери, сразу к ней как-то потянулась. Тем более было бы неплохо заручиться чьей-то поддержкой в этом мрачном доме.

— Что между ними происходит? — поинтересовалась я, выполняя нехитрые поручения женщины, которые меня здорово отвлекали от собственных дум.

— Сама еще не поняла. Соня — девочка очень спокойная и милая, но с вашим братом ведет себя как маленький чертенок. Наверное, они нравятся друг другу, но оба не хотят этого признавать.

Так и кажется, что он дернет ее за косичку, а она ему язык покажет. — Она вздохнула и глянула в окна, убедившись, что парочка спокойно добралась до беседки. — Не знаю, во что это выльется, но, по крайней мере, Сонечка стала выбираться из своей комнаты. Сами понимаете, ей непросто.

— А что случилось? — не сдержала я любопытства, с трепетом ожидая ответа. Слушать рассказы даже о чужих трагедиях всегда было для меня болезненным испытанием.