— Присоединишься к нам?

— Я поел, господин, — отозвался слуга. — Но с удовольствием составлю вам компанию.

Послышалось, как он отодвинул стул и сел напротив.

— Слушай, а почему у нас не работает договор с императором? — спросил я, проглотив очередной кусочек мяса. — Тот самый, что пока я на войне, мой род защищают… Ещё Ростовский обещал.

— Видите ли… — Жора замялся. Я почти физически ощущал, как он подбирает слова. — Защита распространяется на внутренние угрозы, внутри страны. Нашу ситуацию списали на то, что это происки монголов. А формально защита на внешние нападения не распространяется.

— И это юридически корректно? — уточнил я, принимая от Вероники кусочек пирога.

— Спорно, — вздохнул Жора. — Но чтобы доказать, что император не выполнил договор, нужно созвать совет при дворе. Это небыстро, шансов, что кто-то пойдёт против монарха, тоже немного.

— Забавно, — проглотил я сладкий кусочек пирога с лесными ягодами.

— Не уверен, что это правильное слово для описания ситуации, — хмыкнул Жора. — Пока конфликт представлен как локальный. Это не нападение одного государства на другое, потому что ваши земли не входят в империю формально.

Просто земельный аристократ что-то не поделил с другими — его проблемы и сложности.

— Вот и доверяй потом императору и иже с ними, — хмыкнул.

— Уверен, что генерал Ростовский просто не в курсе ситуации, — добавил слуга. — Судя по тому, как ведут себя Жмелевский и СБИ, информация не является достоянием публики.

— Правда? — поднял бровь. — Скоро станет…

Я медленно жевал, обдумывая ситуацию. Мы со всех сторон в ловушке. Пока обороняемся и несём потери, наши враги выжидают. Жмелевский делает вид, что это наши личные проблемы.

Император прикрывается формальностями договора, а кровяши продолжают атаковать. Интересно, кто за всем этим стоит? Похоже на многоуровневую игру. Орден багряной розы, монголы, император, Жмелевский, может, ещё кто-то…

Елена поднесла к моим губам кусочек печёного яблока с корицей. Сладкая мякоть буквально таяла во рту. Я благодарно кивнул.

Мои пальцы начали выстукивать на столе нервный ритм. Привычка, от которой никак не мог избавиться. Дел настолько много, что вариантов, куда двигаться, — столько же. С чего бы начать?

— Витас! — позвал я главу своей охраны.

— Господин? — тут же появился на кухне Лейпниш. — Как вы…

— По твоему нервному сопению, — хмыкнул я. — Значит, так, организуй людей. Отправь, чтобы начали добывать кристаллы.

— Но… — тут же напрягся Жора. По его тону я понял, что слуга собирается возразить.

— Людей Жмелевского нет, — пожал плечами. — Меня хотят лишить земли и рода. Чего стесняться? Выбираем всё под самое не могу.

— Есть! — тут же выпрямился Лейпниш. Судя по звуку, он встал по стойке смирно.