Позвонила она, естественно, в секретариат, но когда на том конце сняли трубку, все заранее продуманные слова куда-то улетучились из ее головы.

— Алло! Алло! — нервно повторяла молодая женщина в секретариате. — Говорите, вас не слышно!

— Простите, пожалуйста, — каким-то не своим голосом проговорила Юлька, — я могла бы как-нибудь связаться со Стасом Красновым.

— С кем, с кем? — переспросила секретарь таким тоном, будто ее спросили о чем-то неприличном.

— Со Стасом Красновым, — потерянно повторила Юля, уже начиная осознавать всю нелепость своей затеи.

— А вы куда, собственно, звоните?

— На «Мосфильм».

— Но куда именно? Вы попали в секретариат… Маша, — весело спросила женщина уже кого-то, по-видимому, сидящего с ней рядом. — К нам случайно на работу новенькую не принимали, по фамилии Краснов и по имени Стас?

Где-то там захохотали, а потом Юлька, судорожно прижимающая трубку к уху, различила вдали неуверенный голос:

— Краснов? Это тот, который в объединении «Лик» работает?.

. Ну да, его вроде бы Стас зовут…

— Девушка, — снова вернулась к разговору секретарша, — ваш Краснов в «Лике» работает, что ли?

— Я не знаю, — честно призналась Юлька. Женщина только саркастически хмыкнула и снова пропала.

— Я диктую вам телефон приемной президента кинообъединения «Лик», — сообщила она через пару минут. — Попробуйте там поискать своего Краснова…

Второй звонок дался Юльке легче. И когда дама из приемной заверила ее, что Стас сейчас обязательно снимет трубку, она уже и не особенно волновалась.

Почему-то она была почти уверена, что все тревожащие ее страхи сейчас развеются по воздуху, как пепел, еще хранящий форму сгоревшей газеты, но уже невесомый и обреченный. Она точно знала, что скажет и о чем спросит, поэтому, когда Краснов подошел к телефону, первым делом внятно представилась:

— Здравствуйте, вас беспокоит Юлия Максакова. Мы с вами вчера случайно встретились на «Мосфильме», я была с Сергеем Селезневым…

Фамилия Селезнев далась ей без видимых усилий, а Стас, порывавшийся что-то спросить в самом начале, теперь только удовлетворенно мурлыкнул:

— Да-да, конечно, я вас помню!

Хотя вряд ли можно было в полной мере назвать мурлыканием тот гибрид сипения, хрипа и попыток придать голосу раскованную сексуальность, который выдавливался из его горла.

— Да, я вас помню, — сказал Стас, — на вас еще был совершенно очаровательный беретик с хвостиком.