Кидала в чемоданы практически все подряд - главным сейчас было просто уйти отсюда. Просто увести сына из дома, который больше не был для него безопасен…

Двадцатью минутами позже я вытащила вещи в прихожую. Вернувшись в гостиную, увидела картину того, как Олеся держит в руках книгу, которую я ей дала, и читает вслух Роме…

И никогда и никого еще он, кажется, не слушал так внимательно.

Уловив движение в углу, я заметила в тени Ингу - женщину, которая сломала всю мою жизнь…

Нет, не так. Глупо было обвинять ее в том, что Яков нас предал.

Ее бы здесь не было, если бы он сам того не захотел. И свой выбор он сделал еще в тот момент, когда позволил ей тут поселиться…

А я развела глупую, беспощадную войну, которая зацепила в итоге всех вокруг. И не было никого, кто остался в ней цел и невредим…

Подойдя к сыну, я протянула ему руку и сказала:

- Пойдем, солнышко. Мы уезжаем.

Он оглянулся на Олесю, словно не желая с ней расставаться, или прощаясь одним лишь взглядом, и я тоже посмотрела на эту такую серьезную, чересчур взрослую для своих лет девочку…

- Спасибо, - произнесла негромко, практически одними губами, зная, что она поймет.

Олеся поднялась, шагнула мне навстречу, протянула книгу, которую читала…

Я покачала головой.

- Оставь себе. Считай, что это подарок."

"Она благодарно прижала к себе книжку, посмотрела на меня с молчаливым сожалением, словно все понимала…

А может, понимала и в самом деле.

Подхватив Рому на руки, я пошла на выход.

И когда переступала порог, не видела, но чувствовала, что Яков безотрывно смотрит нам вслед…

Этот взгляд прожигал спину, но больше не затрагивал души.

Закрыв за собой дверь, я коротко выдохнула.

Все кончено. За спиной у меня остался огромный пласт жизни… Но если что-то заканчивается - значит, впереди ждет что-то новое…

И я уже знала, что просто не будет. Но готова была бороться.

Глава 30

Яков за нами не пошел.

Не бросился вслед, не умолял остаться, да это было и к лучшему - в том состоянии, в каком я пребывала, все его попытки меня удержать произвели бы только эффект взрыва. И он, вероятно, это знал и все же…

И все же внутри болело, остро царапало это, еще одно, доказательство его безразличия.

И пусть ему было плевать на меня. Но Рома…

Разве не понимал Яков, как нуждался сын хоть в одном его слове?..

Я крепко держала сына за руку, боясь отпустить хоть на миг, до того самого момента, как мы вошли в старую квартиру родителей.

Меня окутали знакомые запахи, практически неизменные со времен детства…

Любимый мамин чай с бергамотом. Отцовский одеколон - ветивер и цитрусы.