Меня не спрашивайте». — Марино поморщился, глядя, как я режу на куски печень, и вздохнул. — Когда-то я больше всего любил печенку с луком. Даже не верится, да? Не знаю ни одного копа, который бы побывал на вскрытии и не отказался от…

Его заглушил визг пилы — я приступила к черепу. Марино все-таки не выдержал и отступил — в едком воздухе повисла костная пыль. Если даже тело в хорошем состоянии, запах при вскрытии не самый приятный. Да и визуально зрелище не для слабонервных — это вам не на Мэри Поппинс любоваться. Надо отдать должное Марино. Он приходил в морг всегда, даже в самых тяжелых случаях.

Мозг был мягкий, с многочисленными рваными порезами, но крови мало, что подтверждало мое первоначальное предположение: после первого удара Харпер прожил недолго. Ему повезло хотя бы в том, что смерть наступила быстро. В отличие от Берилл, он не успел испугаться и ощутить боль. Не молил о пощаде. Были и другие отличия. Харпер не получал угроз, по крайней мере мы о них не знали. Отсутствовал и сексуальный подтекст. Его ударили тупым предметом, но не закололи, и вся одежда осталась при нем.

— В кошельке было сто шестьдесят восемь долларов, — сказала я.

— А ожерелье? — спросил Марино.

Я недоуменно посмотрела на него, не понимая, о чем идет речь.

— Харпер носил на шее толстую золотую цепь с какой-то монетой. На монете было изображено что-то вроде герба. Я сам видел. В таверне.

— Привезли его без нее. Да и на месте я вчера ничего такого не… — Я осеклась. Вчера? Конечно, не вчера. Харпера убили в воскресенье вечером. Сегодня вторник. Я совершенно потеряла чувство времени. Два последних дня прошли как будто во сне, и, не прослушай я утром сообщение Марка, его звонок, возможно, тоже попал бы в этот провал.

— Значит, тот хмырь забрал ее с собой. Еще один сувенир, — подвел итог Марино.

— Не складывается. Можно понять, почему он взял сувенир в случае с Берилл — при условии, что ее убийство дело рук ненормального, одержимого навязчивой идеей. Но зачем ему сувенир от Харпера?

— Может, как трофей? — предположил Марино. — Знаешь, как шкура для охотника. А может, там орудовал профи, у которого слабость к таким вещицам. Коллекцию собирает.

— По-моему, профессионалам надо быть поосторожнее с уликами, — возразила я.

— Да, это ты так думаешь. А посмотри на Джеба Прайса — профи, а наследил. Вот и вся твоя логика, — ухмыльнулся Марино.

Я стащила перчатки, наклеила этикетки на пробирки с образцами, собрала бумаги, и мы пошли наверх.

На столе в кабинете лежала оставленная Розой газета. Заголовки на первой странице кричали об убийстве Кэри Харпера и внезапной смерти его сестры, но мне в глаза бросилась сопроводительная врезка. Настроение моментально испортилось.